– Вижу, ты и в самом деле хочешь, чтобы у нас все получилось, – ответил Даль, принимая ее.

– Я же не лечу с вами. Так что сделайте это за меня.

– Может, нам не хватит времени.

– Я знаю. Но может, и хватит.

– Оно ведь не протянет долго. Ты ж сам говорил.

– Долго и не нужно. Сколько протянет – столько и хорошо.

– Я попробую.

– Спасибо. А теперь мой совет: убирайтесь с корабля как можно быстрее. Послать извещение от имени Керенского – умный ход. Но не стоит лишний раз искушать судьбу. Ты ее уже искусил сверх всякой меры.

– Вы не можете так со мной обращаться, – донеслось из ящика глухое бурчание Керенского.

Лейтенант проспал десять с лишним часов, проснулся минут пять назад – и Хестер немедленно принялся издеваться над ним.

– Как это не можем? – спросил Хестер глумливо. – Уже смогли.

– Выпустите меня! Это приказ!

– Ты все время говоришь какие-то странные вещи, – заметил Хестер. – Причем из ящика. Из которого, между прочим, выбраться не можешь.

За этим очевидным утверждением последовала секундная пауза.

– А где мои штаны? – жалобно спросил Керенский.

– С этим сама разбирайся, – велел Хестер, глянув на Майю.

Та закатила глаза в показном отчаянии.

– Я писать хочу. Очень-очень, – раздалось из ящика.

– Анатолий, это я, – сказала Дюваль, вздохнув.

– Майя? Они схватили и тебя! Не тревожься, я не дам этим ублюдкам ничего с тобой сотворить! Вы слышите меня, сукины дети?

Хестер посмотрел на Даля, не веря своим ушам. Тот пожал плечами.

– Анатолий, – повторила Майя уже увереннее, – они не схватили меня.

– Что?

Керенский помолчал с минуту. Затем из ящика донеслось: «Ох…»

– Да уж, ох, – согласилась Дюваль. – Теперь слушай внимательно. Я собираюсь открыть крышку. Ты выйдешь наружу. Но, умоляю, не делай глупостей и не впадай в истерику. Ты ведь сможешь?

– Да, – ответил Керенский, выдержав паузу.

– Анатолий, ты промедлил с ответом, а значит, на самом деле уже решил испробовать какую-нибудь несусветную глупость, – произнесла Дюваль. – Потому, профилактики ради, двое моих друзей держат импульсные пистолеты наготове. Если учинишь что-нибудь особенно тупое, они тебя разнесут. Ты меня понял?

– Да, – сообщил Керенский покорно.

– Ладно, – сказала Дюваль и шагнула к ящику.

– Импульсные пистолеты? – переспросил Даль.

Никто не взял с собой оружия. Настала очередь Дюваль пожать плечами.

– Ты же знаешь, он врет, – предупредил Хестер.

– Потому я и не дала ему штанов, – ответила Дюваль, отмыкая крышку.

Керенский вылетел из ящика, перекатился, углядел дверь и рванулся к ней. Распахнул ее настежь и вырвался наружу. Остальные проводили его взглядом.

– Что теперь делать? – осведомился Хэнсон.

– Смотреть в окно, – ответил Даль.

Все встали, подошли к окну, подняли жалюзи, чтобы видеть происходящее на улице, и открыли фрамугу.

– Обзор хороший, – отметил Хестер. – Ждем!

Спустя тридцать секунд в поле зрения ворвался Керенский. Он выбежал на улицу и остолбенел, пораженный. Автомобиль засигналил, требуя дороги. Лейтенант отступил на тротуар.

– Анатолий, вернись! – позвала Дюваль. – Господи боже, на тебе же штанов нет!

Керенский обернулся на голос.