Однако, тогда придется баронессу наказывать, бить по больным местам, а я этого не хочу.

За призывы к неповиновению хозяину владения здесь нельзя просто очень эротично уже наедине по заднице пошлепать чем под руку попалось. Наказание должно быть суровым и всем зрителям хорошо запоминающимся. С кровью, кишками, страшными криками боли и прочими радостями для создания полной достоверности у средневековых жителей.

Еще через час, проверив все свое снаряжение, тот же пистолет с оставшимися патронами, зарядку Палантиров, фузею и остальные камни, я скомандовал подать сигнал о моем появлении. Карабин пока оставил в своих покоях, наложив магические замки на все окна и потом на дверь. Могут, конечно, местные через крышу залезть, однако патроны спрятаны в тайнике покойного барона. На нем теперь и скрыт, и замок магический, до них точно никому не добраться.

Я решил, что ехать в гости с такой кучей длинноствола — это чересчур, слишком много чего мешаться будет у меня на плечах. Да и не поможет мне особо карабин со своими девяносто патронами россыпью и одним только магазином, а мешать при переговорах будет. Хватит и пистолета, к которому я забрал шесть магазинов тогда, все они сейчас снаряжены полностью, хватит на сто с лишним выстрелов. И еще на столько же выстрелов патронов россыпью в рюкзаке имеется.

На стенах резким звуком взвыли рога, медленно опустился мост, потом уже я один эффектно появился на лошади в воротах.

Степняки стоят сплошной стеной перед крепостью, однако, к штурму не готовятся пока. Во всяком случае, таких приготовлений я не вижу. Даже не бегут к подъемному мосту, просто ждут, что я стану делать.

Ворота за спиной медленно закрылись, я специально повторил несколько раз, чтобы их не захлопывали быстро и испуганно.

Мост после моего выезда приподняли на пару метров вверх и так оставили висеть. Как знак, что пока к себе никого не приглашают, а просто ждут моего возвращения.

Естественно, что я еду под защитным куполом, я должен обязательно на лошади проехать до круга из войлочных юрт, размещенных в пяти сотнях метров от крепости.

По понятиям ургов, сильный воин или вождь должен проехать к кругу на коне и только потом спешиться.

Пешком идти нельзя, не по понятиям точно.

Их тоже только что поставили, я наблюдал за процессом в свой бинокль, догадываясь, что это какой-то знак насчет переговоров.

Пять юрт — что это значит? Узнаю позже, тем более, суета там не закончилась и уже видна верхушка шестой юрты.

А вот почему меня встречает такая плотная куча народа степей, не дающая мне свободной дороги для проезда, это примерно понятно. На таком примитивном уровне для сознания ургов — это именно первое мое испытание.

И наглядное чудо для них, немудреных детей степи.

Сильный телом и духом муж обязательно пройдет такой путь. Правда, перед ним таких непреодолимых преград и не будет. Максимум пара сильных воинов с приказом не пропускать.

Так ведь и я претендую сейчас на что-то сильно большее, чем просто могучий и неистовый в бою воин.

Купол я сделал небольшим и крепким, поэтому спокойно уперся его передней частью в неподвижно стоящих толпой ургов и потом тронул лошадь. Как ковшом экскаватора раздвигаю народ, сносит их в сторону и даже особого напряжения не чувствую. Но, мана расходуется понемногу, проехал сотню метров, а ее уже на десять процентов поменьше стало.

Ничего, пусть у меня ее не так много, зато, в аккумуляторах-Палантирах хватает с лихвой.

Значит, главное, чтобы меня этих самых аккумуляторов не лишили какой-нибудь хитростью.

Типа, обняться со всеми вождями вплотную, без защитного купола и таких прочих предложений.

Добравшись через пять минут очень медленного продавливания до пустого круга перед юртами, я замер на минуту, как бы смотря внутренним зрением в каждую юрту отдельно.