И с этим утверждением согласен Николай Второй.

— Пора заработанные деньги в России оставлять, ввести со временем налог на вывод денег из страны. Небольшой, процентов пять от суммы, или десять, чтобы здесь вкладывали свою прибыль и наши, и заграничные фабриканты.

— Союзники такому шагу очень воспротивятся, — заметил император.

— Ничего, государь, за такую сумму можно и поспорить с ними, да и просто наплевать на их искренние и очень дружественные советы, как нам лучше жить! — усмехаюсь я.

— Тем более, это всего на два года, уже после июля четырнадцатого совсем союзникам не до того окажется, когда Россия вырвется из западни! А сейчас им деваться все равно некуда, сами точно на разрыв не пойдут. Продолжат гладить Россию по шерстке, как доверчивого ослика, размахивая морковкой перед носом, — довожу я свою мысль до императора.

— Пусть пять процентов тратится на улучшение жизни своих рабочих, а пять в казну выделяют. Или вкладывают в страну, с этим бы построже нужно себя вести, государь. Выводить деньги нельзя совсем запрещать, но, какой-то прогрессивный налог стоит брать.

— Такое можно в принципе устроить, — задумался император.

— Нужно и просто обязательно, перед большой европейской войной просто необходимо, — горячо уверяю его я, — Она нам все потом спишет. И кредиты, и проценты по ним. И денег меньше из страны уведут. Те иностранцы, кто уже вложились в Россию — никуда не денутся, начнут, скорее всего, местным промышленникам предприятия продавать, что нам на руку. Меньше придут с инвестициями — это переживем как-то.

— Тем более, часть денег можно потратить именно на субсидирование переезда крестьян на восток страны. По другому проблему перенаселения центральных губерний непонятно как решать. Хоть немного, но повысить сумму, выдаваемую переселенцам. Пока переехало четыре миллиона крестьян с семьями, хорошо бы еще за пять возможно мирных лет переселить пять миллионов. Или выкупать лошадей у конезаводчиков и выдавать тем же переселенцам по прибытию. Теперь конницы столько точно не требуется в армии, государь. Дело будущего за поездами и автомобилями.

Император все мои предложения записал подробно, чтобы было что обсудить на совете министров.

— Что же вы, Сергей, мы начали обсуждать крестьянский вопрос, а вы в финансы ушли с головой? — спрашивает император и я не знаю, что ему ответить.

Тут он прав, простого и легкого пути с решение этого наболевшего вопроса нет. Только, что сказать ему — у меня имеется:

— Тут ведь еще в чем дело, государь. Пока крестьяне сидят на своей земле — пара сотен казаков управится с бунтами и недовольством в целой губернии. А вот если они на войне побывают, да когда дисциплина в армии развалится — тогда попробуй их обратно помещичью землю заставить отдать! Которую они неминуемо между собой поделят, как только вернутся в родные места с винтовками за спиной. Люди в окопах под немецкими фугасами выжили — не найдется на них никакой управы. Еще и поэтому не нужно империи в чужую войну влезать, потому что она в гражданскую войну перейдет быстро.