Мы поднимаемся в донжон, уже на ступенях укрепления, обернувшись, я вижу удивленные лица своих людей, которых как-то слишком плотно окружили воины барона. Похоже, руки местных у них на плечах лежат не просто так, сейчас начнется разоружение моей маленькой армии и быстрый допрос с принуждением к честным ответам.

Которые я разрешил им давать, чтобы охладить немного барона в своих мечтах.

Однако, как сразу начали исполнять приказы барона его люди, даже я это рассмотрел без проблем.

Барон быстро шагает впереди меня по ступенькам высокой лестницы, в спину мне дышат его сыновья, как я и думал. Мы поднимаемся на третий этаж, где стоит большой стол и расположена местная, здорово и со вкусом украшенная едальня для лучших людей замка.

— Сэр рыцарь, прошу вас, присаживайтесь, — слышу я от барона, — Накрывайте! — командует он прислуге.

Сразу занимаю место на краю стола, а все вещи составляю у себя за спиной. Теперь я отсюда ни шагу.

— Умыться после долгого пути? Не желаете?

Я не желаю наотрез, снова поднимать рюкзаки и чехлы больше не собираюсь, а для того, чтобы умыться, придется спуститься снова на первый этаж.

Вся эта ситуация начинает меня злить, хочется уже стереть насмешливые ухмылки с лиц сыновей барона. И заткнуть ему самому приторную вежливость на грани издевательства в задницу. Выгляжу глупо со своим недоверием хозяину, это я хорошо понимаю, однако, не поведусь ни на какие подколки, мое добро останется рядом со мной и точка.

— Барон, пусть принесут все для умывания прямо сюда, мне уже лень скакать по лестницам в вашем донжоне, — еще вполне вежливо отвечаю я, — Есть же у вас слуги?

Он звонит в колокольчик и отдает распоряжение сразу же появившемуся слуге.

Проходит какое-то время, слуги приносят мне таз с водой и полотенце, я умываюсь и вытираю лицо.

Молодые дворяне сели за стол, один сбоку от меня и второй напротив, рядом с отцом, пока мы кого-то ждем. Настроены они явно жестко, я прямо чувствую сочащийся от них негатив. Похоже, ждут только команды от отца, чтобы наброситься на меня. Разговор поэтому совсем не клеится, никто не хочет особо болтать с человеком, которого убивать собираются вскоре. Зато, сразу же разливается вино по серебряным кубкам из одного бочонка и мне тоже наливают из него. Вот выпить все не против, прежде чем отправить в последний путь.

Внутри меня возникает молчаливый вопрос, стоит ли мне рисковать здоровьем? И так доверять хозяевам замка?

Поэтому я подношу широкий рукав рубахи к кубку, держа его второй рукой и проверяю спрятанным там браслетом на предмет отравы.

Нет, все нормально, браслет сигнализирует зеленым светом.

Зато, все зрители поняли, что есть у меня способ как-то проверить содержимое бокала.

Сыновья барона даже решили, что уже пора начинать ссору за такое явное оскорбление хозяев, здорово напряглись, но, какой-то условленный знак, поданный отцом, заставил их оставаться на своих местах. То ли это потирание рукой подбородка бароном, то ли негромкое посвистывание в этот момент, так сразу и не определишь.

Хорошо понятие дисциплины он им вбил в голову. Скорее, именно почитание к себе самому, больше для них авторитетов в этом мире нет.

Однако, я отчетливо чувствую и поэтому вижу желание молодых баронов поскорее закончить представление.