Изменить размер шрифта - +

С трудом выдвинув ящик, доверху набитый оберегами, я принялся искать среди них фигурку животного, вырезанного из белой кости. Как и следовало ожидать, она лежала на самом дне. Фигурка была двухголовой: с одной стороны оскаленная волчья пасть, а с другой – медвежья.

Оберег выглядел устрашающе, но работал исправно. За Мелл можно будет не беспокоиться, ни один хищник ее не тронет. Оставалось только убедить ее повесить эту штуковину себе на шею. А это будет нелегко, она испытывает необъяснимую антипатию к магическим предметам. К счастью или к сожалению, но ее любовь ко мне не распространяется на магию, и Мелл предпочитает держаться от нее подальше.

С оберегом наперевес я отправился на поиски жены. Мелл уже успела переодеться в дорожный костюм для длительных прогулок и теперь натягивала высокие сапоги. Увидев, что именно я ей принес, она покачала головой:

– Я не удивлена, что животных отпугивает эта вещь. Она кого угодно отпугнет. Меня, например.

– Когда тебя ждать обратно?

– Я вернусь вечером.

– Если испортится погода, то останься ночевать у Женевии. Я не хочу, чтобы гроза застала тебя в лесу. Помнишь, что приключилось с дровосеками из Белкасса?

– Их до самого дома преследовала шаровая молния. Хотя, по мнению самих дровосеков, это был демон, явившийся с того света, чтобы забрать их души.

– Зачем демону души? – фыркнул я. – Это была именно молния.

– Ты что‑то чувствуешь? – Мелл подошла к окну, за которым не было видно ни облачка. – С чего это ты вдруг вспомнил о погоде?

– Может, чувствую, – уклончиво ответил я, – а может, и нет.

Предсказание никогда не было моей сильной стороной, но иногда у меня случались прозрения. С погодой трудно быть уверенным на все сто процентов.

Пронзительно зазвенел колокольчик. Раз, потом еще раз, словно кто‑то собирался напрочь оторвать его.

– Это Бас, – заметила Мелл.

– А я точно не могу пойти с тобой? Признаться, я сильно соскучился по твоей тете.

– Никогда не поверю, – она усмехнулась. – Впусти его, пока он не стал колотить по двери кулаком и не разбил ее.

– Он не посмеет, – проворчал я, – особенно после того случая.

Несколько лет назад Джор Бас имел неосторожность отнестись к моей двери без должного неуважения. Расплата последовала после первого же удара. Откуда ему было знать, что незадолго до его прихода я наложил на дверь заклятие окаменения? Он больше суток простоял в саду, словно статуя, пока его слуга Фред убеждал меня, что Бас сможет принести обществу больше пользы, если ему вернуть человеческий облик. Облик ему я вернул, но меня до сих пор не покидают сомнения в правильности этого решения.

Колокольчик звенел не переставая. Досадливо поморщившись, я распахнул дверь. На пороге действительно стоял Бас – тучный, пышно разодетый толстяк, лицо которого уже успело покраснеть от возмущения. Из‑за него с виноватым видом выглядывал неизменный Фред, навьюченный, словно верблюд для дальнего перехода. А еще дальше за ним виднелась понурая морда ослика Кича, который пытался найти в клумбе что‑нибудь съедобное. Кич уже два года возил на своей спине Баса, поэтому его грустному виду не стоит удивляться. Для градоправителя не к лицу ездить на осле, но ни на одну лошадь Бас просто не мог забраться.

– Вы ко мне? – с невинным видом осведомился я.

– Вот дела! А к кому же еще? В округе больше нет ни одной живой души! – пропыхтел Джор. – Все лес да лес…

В этот момент мимо нас протиснулась Мелл. Она поцеловала меня на прощание, демонстративно постучала пальцем по оберегу, висевшему на шее, и бодрым шагом зашагала по дорожке.

Быстрый переход
Мы в Instagram