Денис не знал, сможет ли последовать совету. Если у него и прорезаются некоторые магические способности, то совершенно непредсказуемым образом. По своей воле он не мог ими управлять.

Кабинет директора Дома работников культуры напоминал волшебную шкатулку изнутри. Книги, статуэтки, гобелены, иконы. Букет живых цветов на приставном столике. И конечно – хозяйка. Седовласая женщина с королевской осанкой и пронзительным взглядом синих глаз. Вайс, удерживая шляпу в руке, церемонно раскланялся, поцеловал Октябрине Борисовне руку. Представил Дениса.

– Я поняла, Вальдемар. Это тот самый мальчик, о котором ты мне говорил, – произнесла она глубоким голосом, на котором не сказались прожитые годы. – Присаживайтесь.

Денис «завязал» узелок на память. Выходит, о нём уже говорили. То есть, появление его здесь нельзя назвать случайным. Может, и драка на бульваре – часть большого представления, целью которого было знакомство парня с его магическим потенциалом? В книгах так часто происходит. Живёт себе главный герой, никого не трогает и вдруг появляется некий вестник, который открывает тайну происхождения или рассказывает о древнем проклятии, нависшем над миром. И оказывается, что никто, кроме избранного, не в силах спасти человечество. Не выслушает ли он сейчас такую же повесть? И что захотят от него?

– Ты всё неверно истолковал, – печально улыбнулась Октябрина Борисовна. Мысли она, что ли, читает? – Нет, я не читаю мысли, мне не нужно даже твою ауру считывать. У тебя на лице всё написано. Такая череда эмоций, что можно читать, как открытую книгу, – Денису на миг показалось, что на её плечи наброшена горностаевая мантия. – Сейчас принесут чай. А что наш друг Яков?

– Постеснялся заходить.

– Постесняется он, как же… Просто остался с моими помощницами, рассчитывая съесть побольше булочек.

Вайс развёл руками – мол, и возразить-то нечего.

– Мы, в самом деле, говорили о тебе, – Октябрина Борисовна повернулась к студенту. – Ну, не совсем о тебе. Тогда мы ещё не знали, кто ты, где живёшь, учишься… К стыду своему, вынуждена признаться, что обнаружили тебя не мы.

– А кто?

– Тёмные, – пояснил Вайс. – В Донецке их осталось мало, не все убрались восвояси. Тёмные трусливы. Как только слышат канонаду, начинают паковать чемоданы. Но это и к лучшему. Нам удаётся держать их под присмотром.

– Так себе под присмотром, – улыбнулась Октябрина Борисовна. – Вампира чуть не упустили.

– Это хороший вампир, – покачал головой Вальдемар Карлович. И, по всей видимости, для Дениса добавил. – Анджей Михал Грабовский из киевского гнезда. Конечно, кровосос, но соблюдает кодекс чести. Не убивает просто так. Не выпивает людей досуха. Ему больше шестисот лет. До инициации был польским рыцарем. Сражался при Грюнвальде.

– Хороших вампиров не бывает, – возразила хозяйка кабинета. – Порождения Великой Тьмы.

– Анджей по мере сил следит за поведением других вампиров. Не позволяет им баловать сверх меры. Поэтому нам полезнее не трогать его, но держать под присмотром. Когда он появился в Донецке, я подумал, что не все местные вампиры убрались. Вначале лета я выдвинул им жёсткий ультиматум – ноги в руки и бегом. Пообещал, что каждый из их рода-племени, кто попадётся на моём пути в сентябре, будет развоплощён быстро и почти безболезненно. Мои люди последили за ним, но Анджей не зря шестьсот лет скрывается, сумел сбросить «хвост» и приблизительно на полночи выпал из нашего поля зрения. Даже мобильный телефон отключил…

– Вампиры пользуются мобильными телефонами? – удивился Денис.