Торбат замер и, прищурившись, уставился на Мэта. Наконец он неохотно кивнул.

— Я сдержу слово, — сказал он. — Чего ты хочешь от меня?

— Сведений, — ответил Мэт. — Куда ты девал похищенную тобой принцессу?

— Не я ее похитил…

— Нет, ты только получил украденное! — разгневанно отозвался Мэт. — Кажется, ты обещал сдержать слово.

— Предательство? — более звонко зажужжал явно заинтересовавшийся беседой Демон Максвелла.

— Да, да, я получил ее от того, кто ее похитил! — вскричал Торбат. — Да, я пытался отправить ее сюда, в это пространство, и дальше — в какой-нибудь другой мир, где она была бы счастлива, но более никогда не вернулась к нам и не принесла нам беду!

— «Пытался»? — переспросил Мэт. — Твои чары не сработали?

Торбат скрипнул зубами, но признался:

— Нет, не сработали. Она сохранила малую толику сознания, и ей удалось самой произнести заклинание, которое не дало ей уйти из нашего мира.

— Где она?

— Не знаю.

Частота жужжания Демона Максвелла повысилась, звук стал похожим на визг циркулярной пилы. Искорка подплывала все ближе и ближе к шаману. От страха тот втянул голову в плечи.

— Я правда не знаю! — закричал Торбат. — Забери своего фамилиара! Говорю же: не знаю!

Мэт знал, что такое паника во время допроса с пристрастием.

— Ну, я ему приказывать не вправе…

— Я больше ничего не знаю! Клянусь Ариманом!

— Какой восхитительный парадокс! — усмехнулся Мэт. — Он клянется именем Князя Лжи!

— Если так — клянусь Громовержцем и Царским Драконом! Я говорю правду! Я больше ничего не знаю! Чего тебе еще нужно от меня? Разве мало того, что я должен страшиться Кала Наги? Что же, я и тебя должен страшиться?

Мэт насторожился. Это было что-то новенькое.

— Спокойно, Макс, — остановил он Демона. — Тут у нас полна коробочка парадоксов. Отвечай, шаман Торбат: кто такой Кала Наги?

Глава 5

Торбат удивленно вздернул брови, повернул голову и искоса глянул на Мэта:

— Ты разве не называл своего фамилиара демоном?

— Так его назвал первый человек, его придумавший, — небрежно бросил Мэт. — И подобрал неправильное название. На самом деле Макс — дух стихии, а не демон. Но когда кто-то врет, он это всегда распознает. Говори правду: что это за Кала Наги, про которого ты только что сказал?

Торбат вздохнул и сдался:

— Это женщина-демон. Она явилась ко мне и стала винить меня за то, что я отослал эту девушку из Мараканды. Покуда она находилась там, при дворе пресвитера Иоанна, Кала Нага было не о чем беспокоиться, а теперь она говорит, что девица может помешать ее замыслам. Кала Нага явилась мне во сне и пообещала, что нашлет на меня чудовищ, дабы они разорвали меня на клочки!

— О стало быть, ты бежал не из страха перед пресвитером Иоанном? Ну и где же разыскать эту Кала Нагу?

Шаман уставился в пространство. Мэту стало не по себе. Казалось, Торбат воскрешает живущие в его душе воспоминания далеких предков. Голос шамана зазвучал отстраненно, бесчувственно:

— Когда-то она была богиней — кровожадной богиней. Она нападала на странников, она заставляла землю сотрясаться, она пожирала собственных отпрысков. Когда на землю явился добрый Будда, Кала Нага, злобно шипя, удалилась, а ваш Христос и вовсе стер воспоминания о ней. Но вот теперь она снова напомнила о себе! Она пробуждается, она говорит всем, кто помнит о ней, что она жива, что она готова вновь собрать урожай жертв, что она опять будет властвовать над теми, кто ей поклоняется!

Мэт не отрывал глаз от Торбата.