— Меня зовут Стегоман, — представился он.

Красный дракон последовал его примеру и опустился чуть левее.

— А меня — Диметролас.

— Да будет мир между нами, Диметролас. И ничего другого не может быть между нами, потому что в твоих горах я проведу только одну ночь.

— Ага, и так всегда? — фыркнул Диметролас. — Мотаешься без дела, ночуешь то тут, то там, а потом уносишься с попутным ветром, и поминай как звали?

Глаза Стегомана сверкнули. Он моргнул — по-драконьи, конечно: прозрачные перепонки на миг накрыли его глазные яблоки.

— Да, я странник, — ответил он, — и буду странствовать до тех пор, пока не найду причину где-то задержаться и стать стражем какой-нибудь горы.

— А почему же до сих пор ты не нашел такой причины? Неужто так сильно любишь носиться по свету, гонимый ветром?

Стегоман по-драконьи усмехнулся.

— Люблю, — признался он. — Еще не налетался.

— Не налетался? — прищурился Диметролас. — Но ведь тебе никак не меньше сотни лет — стало быть, ты в поре зрелости.

— Верно, я уже не детеныш, — подтвердил Стегоман.

Но если Диметролас не хотел оскорбить его, то почему Стегоман напрягся, как пружина?

— Небось полжизни мотался невесть где, — проворчал Диметролас и тоже явно занервничал.

Мэт на всякий случай приготовился произнести заклинание, боясь, как бы драконы снова не набросились друг на друга.

— Я много лет прожил среди людей, — попытался объяснить Стегоман. — Их поведение забавляет меня.

— Забавляет! Не пора ли тебе забыть о забавах? Неужто в теле зрелого дракона бьется сердечко детеныша? Неужто тебе по душе обычная жизнь? Разве ты не повзрослел и не желаешь обзавестись своим собственным домом?

— Пожалуй, нет, — спокойно ответил Стегоман. — Я такой, какой есть, и доволен этим.

Но Мэт уловил нотку грусти в голосе старого друга и даже отголосок горечи. Он слишком хорошо знал Стегомана и потому усомнился в его искренности.

— О да, я не сомневаюсь в том, что ты очень доволен собой, непоседа и ветреник! Что ж, ступай своей дорогой! Лети туда, куда тебя гонит ветер, а когда тебе пойдет пятый век, пожалей о том, что упустил!

С этими словами красный дракон сорвался со скалы и спикировал вниз.

Мэт чуть было не вскрикнул от страха за него, но вовремя сдержался, в который раз вспомнив о том, что в воздухе драконы чувствуют себя увереннее реактивных самолетов. И естественно, Диметролас через несколько минут вновь появился над горами. Широко раскинув крылья, он немного покружил по спирали, подсвеченный закатным солнцем, и устремился к югу.

Стегоман долго провожал его взглядом. Теперь он выглядел еще более нервным и напряженным, чем раньше.

Мэт решил, что пора отвлечь старого приятеля. Он поднес ладони ко рту, сложил их рупором и прокричал:

— Ты повел себя как истинный дипломат!

Дракон медленно повернул голову и сверкнул глазами. Мэт чуть было не попятился от испуга, но собрался с духом и устоял на месте. Стегоман немного успокоился, его взгляд стал более мягким.

— Как дипломат? Скорее как незваный и легкомысленный гость!

— Ну ладно, ладно, не надо придираться к словам! Может, спустишься ко мне, чтобы мне не надо было надрывать глотку, а?

Стегоман пару мгновений молча смотрел на Мэта, а потом' слетел со скалы, с грохотом раскинув крылья. Сделав пару кругов, он приземлился рядом с Мэтом, а тот сказал:

— Спасибо, что заступился за меня.

— Друзья бесценны, — буркнул Стегоман. — У меня их и так маловато, если на то пошло.

— И потому ты стараешься ни с кем не ссориться? А вот Диметролас, похоже, придерживается противоположного мнения.