— Всего пять! — взревел полководец. — Всего пять слабеньких джиннов против двух могущественных маридов! И как, спрашивается, колдуны думают защитить нас от такой сокрушительной силы?!

Следом за полководцем ехал верхом мужчина в темно-синем балахоне.

— Их заклинания сильнее наших, о хан! — причитал он. — С такими заклинаниями под силу управиться только арабским чародеям!

Конница скрылась в конце улицы, и Мэт только теперь ощутил острую боль в лодыжке. Кошка в страхе впилась коготками в его ногу.

— О-о-о! — вырвалось у Мэта. Он опустил голову, хотел было выругаться, но увидел, что изумруд в перстне на кошачьей лапе светится, но гаснет прямо у него на глазах. Балкис не спускала глаз с Мэта. Она взволнованно мяукнула.

Мэт намек понял и, подняв кошку, усадил себе на плечо. Спрятав лапку с перстнем в складку повязки, которой была обернута голова Мэта, кошка еле слышно прошептала ему в самое ухо:

— Камень засветился, когда мимо нас проезжал колдун! Не может ли он быть переодетым духом?

— Возможно, это так и есть, — неуверенно проговорил Мэт. — Но скорее всего это означает, что он по-прежнему держит в своей власти пятерых джиннов.

— Если он повелевает джиннами, — задумчиво изрекла Балкис, — то, вероятно, он может знать, где искать двоих совсем маленьких джиннчиков.

— Согласен, это не исключено, — кивнул Мэт. — Превосходная догадка, Балкис. Давай-ка последуем за варварами.

С этими словами Мэт зашагал по улице, всеми силами стараясь не торопиться, но это у него получалось неважно. Сообразительность Балкис его просто потрясла. Наверняка она обладала не только способностями к магии.

— Возможно, они направляются к мечети, — высказала предположение Балкис.

— Я тоже так думаю, — кивнул на ходу Мэт. — Если они намереваются разобраться с верховным жрецом, то им имеет смысл разыскать его.

— И они обнаружат, что он мертв.

— Да, зрелище, наверное, будет презабавное, — усмехнулся Мэт. — Давай поторопимся.

Они опоздали всего на несколько минут. Полководец и его адъютанты уехали...

— Он убит! — воскликнул один из адъютантов.

— Никогда не видел столько ран!

— Да... Даже в бою столько ран не получишь, — проворчал полководец. — А его стражники превращены в обугленные головешки! Что же тут могло случиться?

— Колдовство, что же еще, — мрачно заключил один из адъютантов. — Колдовство, оказавшееся намного сильнее магии жреца...Но как же так? Разве это возможно?

Все молчали, думая над его вопросом. Наконец один из воинов робко проговорил:

— Ариман недоволен нами.

— Еще бы — при том, что мы проиграли сражение! — рявкнул полководец, однако вид у него уже был напуганный.

— Не стоит ли нам уйти из этого города? — предложил адъютант. — А перед уходом можно было бы прикончить всех здешних жителей — принести их в жертву Ариману и тем задобрить его.

— Нам надо отступать, у нас нет времени задерживаться, — проворчал полководец. — А уж если окапываться здесь и отбивать осаду, то нам потребуется помощь горожан. Нет, пусть живут. Если калиф и вправду осадит Багдад, его жители станут нашими заложниками.

— Но что же нам делать? Уходить или оставаться в городе?

— Наш колдун пока не вышел из мечети, — угрюмо буркнул полководец. — Наверное, пытается воззвать к Ариману — желает узнать, чего от нас хочет бог.