Парк закончился, и перед Мэтом предстал особняк из алебастра, сверкающий под лучами полуденного солнца. Вот теперь Мэт узнал это солнце! Это был волшебный, ясный свет Италии и Греции, о котором он читал в книжках! Кто бы ни жил в этом доме, он знал свое дело.

Подойдя к дому поближе, Мэт понял, что на самом деле здание не такое уж и пышное. Это, конечно, не хижина, но и не дворец. На самом деле, если Мэт не ошибался, перед ним стояла римская вилла, размеры которой были таковы, что в ней с удобством мог поселиться один-единственный человек. Уважение к владельцу дома у Мэта сразу подскочило. Хозяин явно скромен и не жаден. Он мог бы иметь все, чего только ни пожелает, однако не желал никаких излишеств. Дом прост, но при этом весьма элегантен в своей простоте. Совершенство пропорций, да и колоннады позади здания прекрасно гармонировало с самим зданием. Мощеный дворик прямо-таки приглашал войти. Дворик вел к портику — единственному элементу, не выдержанному с исторической точки зрения. Однако портик так славно сочетался с античным стилем, что Мэт засомневался — уж не упустил ли он чего-то, когда изучал античную архитектуру. Правда, это был всего лишь двухнедельный обзорный курс, но все-таки.

Минуточку! Не был этот портик античным — так что же? Перед Мэтом стоял образец чего-то совершенно нового, между тем созданного в совершенной гармонии с духом пропитанного солнцем золотого века Греции, но выраженного при этом в римской стилистике! Кто бы ни был хозяин этого жилища, он был эклектиком и не боялся экспериментировать.

Мэт просто обязан с ним познакомиться. Он решительно шагнул к двери и в полномизумлении обнаружил на ней дверное кольцо, приличествующее двери флорентийского особняка шстнадцатого века. При этом форма и орнамент кольца выдержаны в римском стиле. Мэт поднял и отпустил кольцо, подождал минуту, еще раз постучал. Его несколько удивило, что из глубин дома не донеслось многократное эхо стука, а потом он удивился тому, почему удивился. Удивляться-то было нечему. Какое эхо в таком солнечно-воздушном, распахнутом доме?

Двери распахнулись. Перед Мэтом на пороге дома стоял старик. Лысый, немного сутулый, с римским носом, тонкогубой улыбкой и яркими, пытливыми глазами.

— Добрый день, друг! Ведь ты друг, надеюсь?

— Пока нет, — уклончиво отвечал Мэт. — Но, пожалуй, хотел бы им стать.

— Стало быть, ты философ?

— Ну... я бы так не сказал. — Ведь в конце концов он пока не закончил свою диссертацию, не говоря уже о получении степени доктора философии. — Просто мне нравится учиться.

— Но нравится недостаточно, чтобы сказать, что ты любишь знания, верно? — Старик заинтересованно улыбнулся. — Может быть, ты больше любишь женщин? Или одну женщину?

— Одну, — признался Мэт. — А что касается знаний, то можно сказать, что я с ними кокетничаю, но не стал бы на них жениться.

— Ах! — опять воскликнул старик и рассмеялся. — А вот я, мой друг, с удовольствием кокетничаю с красивыми женщинами, но избрал женитьбу на знаниях! Ты читал работы древних греков?

— Только некоторые, — признался Мэт. — Я изучал современные языки — не латынь и не греческий.

— Но ты же ученый!

— Не сказал бы. Я всего лишь профессиональный студент.

Старик задумался и нахмурил лоб.

— Тебе придется объяснить мне, в чем тут разница, но сначала тебе нужно чего-нибудь выпить. Пойдем же, пойдем!

Мэт вошел, старик одной рукой закрыл дверь, а вторую протянул Мэту для рукопожатия.