— О-о-о, — понимающе протянул Мэт. — Значит, покоя тебе не дает не пролитая кровь, а то, что ветреный мужчина искал взаимности у женщины моложе себя?

Паскаль, сверкая глазами, смотрел на огонь.

— Надеюсь, твою кузину не привлекают мужские потасовки?

— Не знаю. Не думаю, чтобы она была хуже других. Только я слыхал, что все женщины просто млеют, когда видят, что мужики дерутся за них.

— Ну да, сказочка известная. Ну а как ты думаешь, ей нравятся мужчины постарше?

— Да ты что! — возмутился Паскаль, пылая искренним гневом. — Он же ее, считай, вдвое старше, да к тому же, как пить дать, с толстым брюхом и вонючей глоткой!

Мэт сдвинул брови, изучающе посмотрел на Паскаля и сказал:

— Послушай, а тебе никогда не приходило в голову, что она не сможет вот так взять и забыть о том, что он очень богат?

Паскаль рывком сел, приблизил свое лицо почти вплотную к лицу Мэта и прорычал:

— Да как ты смеешь так оскорблять чистую, невинную девушку?

— Я никого не оскорблял, — поспешил заверить юного сквайра Мэт. — Я просто предположил. Значит, наверняка ты не знаешь, что он старый и уродливый?

— А каким ему еще быть? — буркнул Паскаль.

Мэт вымученно улыбнулся:

— Знаешь, некоторым удается сохранить неплохую форму, даже когда они занимаются сидячей работой. Вот только молоденьким редко нравятся сорокапятилетние. В этом смысле ты можешь, пожалуй, быть спокоен.

— Но у меня-то что есть? — вздохнул Паскаль. — Только одна молодость! Ни красивого лица, ни фигуры, ни денег, ни титула! Как подумаю про это, так прямо Дрожь пробирает, только все равно не могу... Как увидел этого рыцаря, уводящего даму наверх, где они предадутся плотским утехам... А тот-то, который собирается в скором времени обольстить мою драгоценную кузину, что он за человек?

— Интересный вопрос...

Мэт задумался: каким образом этот перспективный жених сколотил состояние? А еще, что скажет рыцарю его жена, если когда-нибудь узнает об этом ночном происшествии. Почему-то Мэту казалось, что даже собственная неверность мужу не способна усыпить в ней оскорбленные чувства — в этом Мэт Паскалю не верил. На своем опыте Мэт знал, что многие люди считают свои маленькие грешки совершенно в порядке вещей — вот все остальные, по мнению таких людей, ведут себя просто безобразно.

— Вставай, соня! — бормотал он, тряся спутника за плечо. — Хочу выйти пораньше!

Паскаль приоткрыл один глаз, оценил освещенность или ее отсутствие и, закрыв глаз, простонал:

— Но еще даже не рассвело толком!

— Да, но нам надо пройти много миль, а мы же не хотим прийти на место изможденными, верно? Мы решили добраться до замка твоей кузины засветло, помнишь?

На самом деле Мэту просто хотелось убраться из трактира раньше, чем туда спустятся рыцарь и дама. Теперь, когда он сам был женат, чужие интрижки воспринимались как-то болезненно. А почему — на этот вопрос ему упорно не хотелось отвечать.

Но не успел Паскаль подняться, как на лестнице появился рыцарь. Однако то был не рыцарь-победитель, а тот, что проиграл. И с ним была не дама, а одна из служанок. Она повисла на здоровой руке рыцаря и заливалась смехом — рыцарь чем-то ее развеселил.

Мэт понял, что совершенно неприлично таращится в их сторону и успел отвести глаза как раз в тот миг, когда рыцарь принялся оглядывать зал, одной рукой обнимая служанку.