Тина, сидевшая на стуле рядом с Пегги Джин, погладила ее по руке.

— Тебе просто хотят помочь. Может, повторишь все еще разок — вдруг вспомнишь что-нибудь еще?

Шмыгнув носом и поблагодарив сотрудницу полиции за бумажный платок, который та ей протянула, Пегги Джин рассказала всю историю с самого начала, в точности так, как рассказывала Дебби Бун, вплоть до того момента, как открыла парадную дверь и увидела то, что увидела.

А увидела она вот что. Сперва ей показалось, что на ее дворе вдруг расцвели сотни и сотни желтых цветов. Но потом она поняла, что это не цветы вовсе, а одноразовые пластиковые бритвенные станки с желтыми ручками. Они были везде, одеялом покрывая траву, дорожку из кирпича, живые изгороди под окном гостиной — куда ни глянь. Несколько сотен одноразовых бритв поблескивали лезвиями в свете фонарей.

Лишь после приезда полицейских Пегги Джин заметила слова «ВОЛОСАТАЯ СУКА» и «РЕЗАТЬ, РЕЗАТЬ», выведенные на лужайке перед домом (полицейские предположили, что надпись сделана при помощи пены для бритья фирмы «Нэйр», но для пущей точности надо было провести лабораторное исследование).

— Ни одного отпечатка, — заявил полицейский, проходя через гостиную.

— Она знает, где я живу, была у меня дома… Я должна позвонить Дебби Бун. — Нервы Пегги Джин были на пределе. Ей одновременно было жарко и страшно холодно. Ее безудержно трясло и бросало в пот. Семь таблеток валиума, принятые сразу после того, как она вызвала полицию, абсолютно не подействовали. И шнапс тоже. Муж должен был вернуться лишь через час, дети были с ним.

— А при чем здесь Дебби Бун? Думаете, она может быть как-то причастна к этому преступлению? — спросила сотрудница полиции, держа наготове блокнотик и ручку.

— Да, да, Дебби… Мне нужно позвонить Дебби… — Пегги Джин не могла сфокусировать взгляд ни на чем, кроме блестящего серебряного значка на груди женщины из полиции. Ей хотелось взять линейку и измерить его.

— Значит, Дебби Бун… Вы утверждаете, что певица Дебби Бун имеет к этому какое-то отношение?

— Что? — Пегги Джин вышла из транса. — Что вы сказали? Нет, нет, Дебби Бун ни в чем не виновата, вы что, с ума сошли? Это Зоуи, я же вам уже объясняла, ненормальная по имени Зоуи. Дебби моя подруга, она помогает мне успокоиться.

Женщина-полицейский и Тина переглянулись.

— Миссис Смайт, я понимаю, что ситуация трудная и вы напуганы и растеряны, но я прошу вас, пожалуйста, ради вашего же блага, сконцентрируйтесь как следует.

— Что? — непонимающе пробормотала Пегги Джин.

Тина склонилась к ней.

— Пегги Джин, ты должна взять себя в руки. Эта женщина пытается тебе помочь.

Тряхнув головой, Пегги Джин собралась с силами.

— Извините. Я слушаю.

Сотрудница полиции продолжила допрос, и Пегги Джин старательно отвечала и пыталась быть точной. Но ее сердце тяготило ужасное чувство обреченности.

Спустя два с половиной часа полицейские ушли, так и не найдя отпечатков, не установив подозреваемых и не обнаружив ни одной ниточки. Им казалось, что лучшее, что можно сделать в этой ситуации, — сидеть и ждать. И надеяться, что, нанося следующий удар, маньяк совершит ошибку и как-то себя выдаст.

— Послушай, Пегги. Мне надо срочно бежать. У меня там рагу с тунцом, небось все уже сгорело.

— Да, конечно… со мной все будет в порядке, иди… Ты посыпала рагу измельченными чипсами, как я говорила?

— Да, я специально купила пакет «Лейз» и раскрошила их.

Пегги Джин смотрела не на Тину, а как будто сквозь нее.