— Не скажу! — тут же выпалила я.

Что хотите со мной делайте, а признаваться, что сидела и мечтала тогда о противном блондинчике, не буду! Стоп! Блондинчик потом был, а сначала была родственница «вождя» со своими призовыми кроссвордами. Я бесилась, невольно слушая ее вопиющие глупости, и потом увидела блондинчика.

— Нет, ты меня неправильно поняла, — попытался донести до меня свою мысль Едемский. — Вспомни, ты тогда не испытывала каких-нибудь сильных эмоций? Стыд, ненависть, раздражение. Или, скажем, оргазм.

О, да! Оргазм головного мозга, слушая Мандатру Петровну Задунайскую.

— Испытывала раздражение. Сильное, — призналась я.

— Ты к чему ведешь? — спросил Кремер.

— Я тут в архиве копался и наткнулся там на дневник Тиберия. Начал листать и зачитался. Помню, никак не мог понять, что такое разнонаправленная магия. А теперь вдруг понял! Он там пишет, что в основном у магов прямонаправленная сила, но случаются исключения. Маги, чья сила разнонаправленная, на первых этапах обучения учатся контролировать эту силу, потому что чаще она зависит от эмоций. Причем, чем сильнее эмоции, тем больше сила.

— Я о таком даже не слышал, — задумчиво произнес Кремер. — Где, говоришь, ты про это читал?

— Бу-у-у! — раздалось в темноте прямо рядом со мной.

Я завизжала так, что чуть не оглохла. Да у меня сердце в пятки ушло и там дрожало несколько минут, пока не вернулось обратно! Нельзя же так людей пугать!

— Едемский, ты — сволочь! — заорала я, находясь на пике страха.

А вокруг все засветилось, заискрило. Магическая паутинка на кристалле вспыхнула ярко и загорелась не синим светом, она переливалась всеми оттенками радуги. Красиво! Просто фейерверк какой-то.

— Девятка! Будь я проклят! Девятка! — заорал лорд куратор, вскакивая со своего места.

Свет в комнатах загорелся. Венец из синих кристаллов поднялся на свое место. А мне было хорошо видно, как обнимаются Кремер и Едемский, похлопывая друг друга по спине. Потом они развернулись и уставились на меня.

— Что и требовалось доказать! — сказал Юра. — Кстати, для справки, у Элазара магия была тоже разнонаправленная.

— Это ты тоже в дневнике Тиберия прочел? — поинтересовался лорд куратор.

— Да, там. Он ведь был учеником Фонтея и многие его штучки описывает. Интересно так. Я думаю, что книгу в архив убрали за ненабностью, потому что со времен Фонтея разнонаправленная магия и не встречалась. Так что ты уникум, Ксю, и потенциал у тебя от нуля до девяти, а может и больше.

— И… Что теперь со мной делать? — растерялась я. Если я такая уникальная, то ведь они тоже не знают, что со мной делать.

— Хороший вопрос: Что теперь с тобой делать, неожиданная Ксения Сергеевна? — повторил за мной Кремер.

— Магистр? — Юра умоляюще посмотрел на Кремера.

— Придется тебе показать мне дневники Тиберия, — усмехнулся куратор, посмотрев на Едемского, а добавил к сказанному уже мне… — Если Фонтей Элазар при своей разнонаправленной магии сумел достичь подобного величия, то и ты сможешь. Лично я в это верю.

— Спасибо, — мне на самом деле было приятно, что такой чело… маг в меня верит.

— Вообще, наставника прикрепляют к молодому магу только после инициации, а до нее еще две недели, — задумчиво произнес Кремер.

— Пожалуйста, магистр! Пожалуйста! — молил Юрик.

— Хорошо.