Её слова меня удивили, и в то же время подняли настроение. Она развернулась к лифту, нажав кнопку, и добавила вполоборота:

— Если что, я рядом. Ну, в смысле, у нас общие корпоративные интересы, — и улыбнулась.

— Спасибо, — сказал я, глядя, как двери лифта открываются и она заходит внутрь. — Правда, очень ценю.

Она слегка кивнула, двери сдвинулись. И я остался в коридоре, гадая, почему мне стало теплее на душе. Может, из-за её слов — «держись, ты хитрый лис». Вот так маленькая фраза, а как поднимает боевой дух.

Внутренний голос у меня шепнул: «Когда-нибудь я скажу ей, насколько эта поддержка важна для меня…» Но пока я оставил всё как есть. Даже мысленно погасил свой романтический пыл: не до любовных историй, когда завтра нужно сражаться с целым магическим гигантом.

Часа через два, когда я уже отстрелялся с совещаниями и перекурами, мне позвонил Макс:

— Тим, есть что-то странное в статистике. Можешь к нам прийти?

— Конечно, — ответил я. — Как раз мозг закипает, хочется чего-то новое разгадать.

Зная Макса, понимал: «странное в статистике» может оказаться либо «случайная ошибка», либо «сенсация века». Пошёл к нему в его просторный отдел разработки. Там у Макса был целый алтарь из мониторов, на каждом свои графики и скачущие столбики, всё подсвечивалось, будто в космическом корабле.

— Ну что, Макс, что за срочное дело? — спросил я, подходя ближе.

Он ткнул в один из экранов:

— Смотри, провёл анализ ауроактивности среди так называемых обычных людей — без титулов, без формальных магспособностей. Мы уже обсудили, что у некоторых активируется латентная магия. Всё бы ок, но тут… — на большой плазменной панели, встроенной в стену, он вывел несколько таблиц — в столбцах мерцали странные цифры и графы с заголовками вроде «Ауро-порог», «Реактивная метка», «Зарегистрированные способности». — Видишь вот этих людей? — спросил Макс, указав на левую часть таблицы. — У них в профилях ноль магических навыков. Формально они «простолюдины». Ни одного таланта к колдовству, никакого титула, не стоят на учёте в магбасе, не имеют лицензии.

— Ну и?.. — прищурился я.

— И вот, — он ткнул в правую часть экрана, где те же люди фигурировали уже с припиской «Магический класс:…». — Система присвоила им условные способности. То есть, я сижу и офигеваю: вроде по бюрократии они не маги, а на практике код видит в них активные ауропараметры.

Я подался ближе к экрану, мельком просмотрел имена, даты. Почувствовал зуд в затылке: с некоторых пор у меня бывало такое ощущение — будто мозг улавливает магический сбой.

— Погоди, — проговорил я. — Это, случайно, не ошибка? Или не попытка какой-нибудь сторонней «подкрутки»? Может, кто-то ломает нашу базу, прописывает левые навыки?

Макс в ответ насупился:

— Так мы проверили всё. Нет следов взлома, нет аномальных правок в базе. Сама система, по сути, видит у них метки ауры. Прикинь? Пол дня мы ковыряемся, но всё чисто: люди каким-то чудом проявляют магическую активность, хоть у них никаких официальных статусов.

Я на секунду задумался. Значит, либо эти люди изначально были магами, просто никто не регистрировал, либо…

Тут у меня внутри щёлкнули воспоминания. Профессор Ракитин намекал, что каждый человек потенциально может иметь магическую искру, она лишь дремлет. И вот теперь наш алгоритм фиксировал эти искры?

— Так. Покажи логи, — попросил я.

Макс стукнул по клавишам. На экран посыпались цифры, датированные последними неделями. Я заметил растущие столбцы: ауропоказатели шли вверх.