Чарли залилась краской, но подруга уже скрылась за дверью. Приготовив кофе, она отнесла его мужчинам. Если Сара и права и Пит действительно от нее без ума, то по нему этого не скажешь. Он просто взял кофе, бросив короткое «спасибо». Чарли переместилась в другой конец комнаты и взяла альбом для эскизов.

Пит был прекрасной натурой. Сидел он возле окна, и свет четко очерчивал контуры его волевого лица. Раскрыв альбом на чистой странице, Чарли принялась делать наброски, стараясь несколькими штрихами передать его мужественные черты.

Подняв глаза, он догадался, чем она занимается, и улыбнулся ей. От смущения она покраснела и быстро перевернула страницу. Вскоре, закончив разговор с господином ван Лейденом, Пит проводил его до двери. Потом подошел сзади к ее креслу и заглянул через плечо.

Она работала над эскизом Сары, карандашом заштриховывая тени. Рассмотрев эскиз с профессиональным интересом, он заключил:

— Очень хорошо.

— Это для росписи, — пояснила она немного неуверенно.

— Правда? — Глаза его весело заиграли. — От зрителей не будет отбоя.

— Да нет. На росписи она будет в одежде. Просто я хочу сначала нанести контуры тела.

— Ясно.

— Я не думала, что вы кого-нибудь сюда приведете, — начала она. Иначе я бы… то есть…

— Бедняга Дирк, — усмехнулся он. — Боюсь, его давлению это пойдет не на пользу.

— Но вы не сердитесь? — сказала она. — Знаете, ведь могут пойти слухи. Мало ли что люди подумают.

— Ну, например, подумают, что у меня здесь гарем, — ехидно улыбаясь, предположил он. — Мне решительно наплевать, что обо мне подумают. И вообще, что они могут подумать? Дирк просто застал натурщицу за работой. Что здесь такого? Разве что у человека извращенное воображение.

Наклонившись, Пит перевернул страницу альбома и увидел собственное изображение. Чарли замерла, чувствуя, как кровь предательски хлынула ей в лицо. Догадается ли он, что она испытывала, рисуя его?

— Гм. Неужели я так выгляжу? — с веселыми нотками в голосе спросил он.

— Просто… таким я увидела вас в определенный момент. Я не…

Их разговор прервал резкий телефонный звонок, и она с облегчением перевела дух. Пит взял трубку. Он говорил по-английски:

— Да, да. Она здесь. Минуточку, я передам ей трубку.

Увидев, что он несет к ней телефон, Чарли удивленно подняла на него глаза.

— Это твой отец, — спокойно сказал он. Чарли вся внутренне сжалась: только этого не хватало! Но Пит уже протягивал ей трубку.

— П… привет, папа, — произнесла она дрожащим голосом.

— Значит, ты нашлась. Очень любезно с твоей стороны, что мне сообщила. Из-за тебя я тут весь извелся.

— Но не настолько, чтобы позвонить раньше и узнать, как у меня дела, съязвила она.

— Видишь ли, юная леди, мне некогда было разбираться с твоими выкрутасами, у меня были дела поважнее, — резко отрезал он. — Ты на самом деле этим занималась? Подумать только: распространение наркотиков — ни больше ни меньше! Каково, думаешь, мне было узнать, что за помощью ты обратилась к совершенно постороннему человеку?

— Я считала, что у тебя есть дела поважнее, — ответила она со злой иронией, которую он совершенно не воспринял.

— Тебе крупно повезло, что у тебя нашелся такой надежный друг, продолжал ее отец; увлеченный своим монологом, он не задумывался над ее ответами. — Я навел о нем кое-какие справки частным образом и, должен сказать тебе, был приятно поражен.