— Она украла у них жизнь, — вскрикнула она, неожиданно осознав, что тема их разговора гораздо серьезнее, чем она могла себе представить. Унесет и твою, если так будет продолжаться.

— Упорный труд еще никого не убивал, — резко заявил он.

— Убивают переутомление и стрессы, которым ты себя подвергаешь. Зачем? Зачем ты это делаешь? Неужели тебе мало того, что случилось с твоим братом? Ты просто упрям!

— Я больше не желаю обсуждать этот вопрос. — Он повернулся и пошел дальше.

— Но почему? — Она была в отчаянии. — Я же твоя невеста.

— Вот именно. И когда я делал тебе предложение, ты знала, сколько мне приходится работать, чтобы иметь возможность покупать такие вещички, как этот бриллиант на твоем пальце. Так что теперь, будь любезна, не жалуйся.

— Я не жалуюсь…

Но он ее уже не слушал. Он пошел вперед, а ей оставалось только плестись за ним следом. Вот так все начинается, с горечью подумала она. Ясней ясного он дал ей понять, что вход в эту область его жизни ей запрещен. Раз она хочет быть с ним рядом, придется довольствоваться теми крохами, которыми он возжелает с ней поделиться.

Но она так сильно хотела быть с ним рядом, что приняла бы любые условия. Она всегда будет там, где он захочет, заполняя собой маленькие паузы между, несомненно, более важными событиями его жизни. Она будет забавлять его и согревать ему постель, никогда не требуя большего, чем он захочет ей дать. Несмотря даже на то, что до сих пор не услышала от него признания в любви.

Глава 10

— Неужели ты действительно счастлива, Чарли?

Чарли рассмеялась, и ее золотистые кудри запрыгали на плечах.

— Еще бы, Дункан. Жизнь так прекрасна и удивительна. Ты еще спрашиваешь.

— Ну… просто не могу поверить, что ты выходишь замуж, да еще за такого, как он. Я хочу сказать… видишь ли, он чересчур…

Чарли в шутку ткнула своего старого друга в грудь.

— Больше ни слова! — предупредила его она, стараясь за веселым взглядом скрыть свои сомнения. — К тому же Пит совсем не такой, каким кажется. Он такой сердечный, такой благородный, с ним не соскучишься и… я даже не могу объяснить.

Дункан криво усмехнулся.

— Ну хорошо. Я все отлично понял. Он супермен и Господь Бог в одном лице. Я только хочу, чтобы ты, дорогая, была счастлива. И если что, не забывала старых друзей.

— Спасибо, Дунк. — Она подняла глаза, услышав, как колокол на башне Мюнт пробил очередные полчаса. — Знаешь, мне пора. Хочу сегодня сама испечь торт.

— Испечь торт? Ты? — От удивления он вытаращил на нее глаза. — Тебе не кажется, что такой интерес к домашнему хозяйству уже небольшой перебор? Куда девалась наша прежняя Чарли, которая не умела сварить и яйца?

— Я умею варить яйца, — смеясь, возразила она. — И я прежняя Чарли. Просто… я выхожу замуж. Уж не думал ли ты, что это меня совсем не изменит?

— Гм… — Он явно сомневался. — Просто! мне бы не хотелось, чтобы твой Пит постарался загнать круглый стержень в квадратную дыру.

— Дыра круглая, — поправила она, наклонившись, чтобы чмокнуть его в щеку. — Да он меня и не загоняет, честное слово. Пока, Дункан. Увидимся.

Чарли толкнула велосипед и, проехав немного, остановилась на минуту на углу, пропуская желтый грохочущий трамвай. Стоял замечательный солнечный день, в плещущейся воде канала отражалось чистое голубое небо. Неужели в такой день еще можно в чем-то сомневаться или о чем-то беспокоиться?

Да и вообще, какие могут быть сомнения? Она влюблена и собирается замуж — в подтверждение этого у нее на пальце сверкает бриллиант, подаренный Питом.