— Очень красиво. Спасибо.

— Вы догадались, что на ней изображено, ваше высочество? — спросила Соня и затаила дыхание в ожидании ответа.

Кристина предостерегающе сжала ладонь принца и указала на окно. Ричард все понял:

— Я вижу птиц, летящих по небу.

— Кристина помогла мне их нарисовать…

Ричард не сомневался, что Кристина проявила себя не только как хороший художник, но и как талантливый педагог, чтобы подбодрить девочку.

— Неужели? У вас получилось очень похоже. А это красное, большое — должно быть, солнце?

— Да, ваше высочество, да! — воскликнула счастливая Соня.

— А это пурпурные… — Ричард посмотрел на Кристину, и она одними губами сообщила ему нужное слово, — облака, не так ли?

— Да. А вы видите там желтые цветы?

— Конечно, целое поле самых разных цветов.

— Я… я надеюсь, вам нравится моя картина, ваше высочество? — Голос маленькой художницы дрогнул.

— Безусловно. Ты молодец, Соня.

— Правда?!

— Уж можешь мне поверить.

Ричард не лгал: Соня и все остальные дети, такие искренние и открытые, вызвали в нем сильнейшее желание сделать для них нечто большее, чем оказание финансовой помощи больнице. И он решил, что все подаренные ему сегодня рисунки займут достойное место в королевской картинной галерее.

Соня зевнула, и Кристина решила вмешаться в их творческую беседу:

— Простите, ваше высочество, но Соня так усердно работала над этой картиной, что очень устала. Ей следует немного отдохнуть.

— Да, конечно…

Кристина вышла из палаты, а Ричард задержался у постели девочки, чтобы поправить одеяло и поцеловать ее в лоб.

— Отдыхай, Соня. Тебе нужно набираться сил.

— Ваше высочество, могу я доверить вам один секрет? — прошептала она.

Ричард удивленно поднял бровь: раньше маленькие девочки не рассказывали ему свои секреты. Он наклонился ближе:

— Да? Я тебя внимательно слушаю…

— Я так рада, что вы женитесь на Кристине, ваше высочество, — серьезно сказала Соня. — Только между нами: я думаю, лучше ее вы никого не найдете.

— Только между нами, — улыбнулся Ричард. — Думаю, ты права. А теперь постарайся заснуть…

Кристина сидела рядом с принцем Ричардом на заднем сиденье королевского лимузина. На коленях у нее лежали три объемистые папки с детскими рисунками. Какое-то время они, переполненные впечатлениями от посещения больницы, ехали молча. Наконец она решилась начать разговор:

— Вы были просто великолепны там, в больнице, ваше высочество.

— Дети помогали мне, — пожал плечами Ричард.

Каждый день Кристина открывала в его характере что-то новое, и то, что она узнавала о нем, ей определенно нравилось.

— Нет, дело не только в этом…

— Просто я очень люблю детей, и все.

— Это очевидно, — улыбнулась она, ловя себя на мысли, что было бы неплохо, если бы многие качества принца Ричарда присутствовали и в характере ее будущего мужа и отца ее детей. — Вы были так добры и терпеливы, сострадательны и дружелюбны…

— Звучит так, словно до этого дня я был каким-то монстром.

— Нет, что вы, ваше высочество! Вы были просто великаном-людоедом.

— А может, и того хуже, а? — хитро сощурился Ричард.

Кристина поспешно сменила тему разговора:

— О чем вы говорили с Соней, когда мы уходили, ваше высочество?

— Это секрет.