Впрочем, я несправедлива. Эск не солгал, и волосы Вайорики, действительно, были в идеальном порядке, да и сама девушка лучилась изнутри счастьем и доброжелательностью.

— Тогда мы можем идти? — аккуратно спросила вампирша, посмотрев на меня. Мне ничего не оставалось, как кивнуть и последовать в нашей небольшой компании к воротам.

Эск был немного раздражен, хотя старался не показывать своего настроения, и продолжал беззаботно рассказывать какую-то историю. Вайорика непонимающе косилась на нас, я же была погружена в размышления. Во-первых, напрягали собственные отношения с принцем. Во-вторых, напрягали отношения Вайорики и брата. А о чем еще могут переживать студенты? Вечные проблемы! Кто как посмотрел, кто кому подарил цветы, кто с кем гуляет и кто кому симпатизирует. Наверное, именно за эту беззаботность мы и вспоминаем потом свою молодость с улыбкой.

Выйдя за ворота, я будто попала в другой мир. В выходной день было множество людей в разной одежде, стоял гомон и шум, по дорогам ездили кареты и всадники, по тротуарам носились резвящиеся дети. Один меня чуть не сбил, но я была вовремя поймана Эсканиэлем. Поблагодарив эльфа, я выпрямилась, и мы продолжили свой путь до парка. А вот он меня ничем новым не удивил, разве что размерами. Здесь были огромные скамейки, кажется, рассчитанные и на троллей (в академии тоже такие располагались в отличие от Ватерштейма), высокие деревья и ручейки дорожек.

— Смотри, качели! — взяв меня за руку, Вай потянула меня к ряду навесных качелей, расположенных под сенью деревьев. Эльфу ничего не оставалось, как последовать за нами. Вообще, Эсканиэль смотрелся как балласт, поэтому мне в голову пришла гениальная мысль.

— Эск, у меня в горле першит. Не мог бы ты принести лимонад? Кажется, его продавали где-то у тех яблонь, — махнула рукой в сторону и похлопала ресницами.

— Сей момент, — наклонившись и поцеловав пальчики правой руки, эльф удалился в вышеозвученном направлении, а я так и осталась стоять, раскрыв рот.

— Это что сейчас было? — спросила я на вампирском, опасаясь, что Эск с его эльфийским слухом может меня услышать.

— Кажется, ты его покорила.

— Кажется, у кого-то взыграло самолюбие, — отмахнулась я, — тебе не кажется странным, что он так резко сменил безразличие на симпатию? Если до этого я думала, что это дружеские жесты, то его вчерашнее поведение меня в этом полностью разуверило. Я не дурочка и не страдаю излишней спесивостью, чтобы списать подобное поведение на своё неземное очарование. Не могла стрелка компаса его чувств так резко заколебаться.

— По-моему, ты недооцениваешь своё очарование, — подмигнула она, потащив меня за руку и посадив рядом с собой на трехместные качели.

Эту тему мы оставили в стороне, а заводить разговор о Костине я не решалась, пока не поговорю с братом. Внезапно, наши усилия с Вайорикой возросли, и мы подлетели выше, чем рассчитывали. Обернувшись, я увидела Мира, беззаботно раскачивающего нас. За ним стоял Триф с двумя стаканами лимонада.

— Мир? — губы, будто сами прошептали его имя, без сигнала от мозга. — Ты же ничего не сделал Эсканиэлю?

— Даже не дотрагивался до него, — клыкасто улыбнулся вампир, продолжая раскачивать качели. — Привет, Вайорика.

Он вновь быстро переключил своё внимание на мою подругу. Девушка хихикнула и кивнула, я же не могла не улыбнуться. Вот такой беззаботный и веселый Драгомир меня подкупал. Тем более не доверять словам принца причин не было, значит, с эльфом, действительно, все в порядке.