Черная Та, почему я решил, что Кира в Ваурии ?Да ничего я не решил. Просто я знаю, что кольцо вернет ее ко мне в любом случае. В любом ли? Я им миллион лет не пользовался, забыл уже, что там за действие. Черт, и, правда, не помню, перстень ее ко мне отправит или просто вернет назад, то есть в Бэсснию. И что ей скажет Синг?

– Ничего не говори, – удалось наконец сконцентрироваться на происходящем, еще пара дней безделья, и усилие по возвращению в живую реальность станет и вовсе невозможным, – я ненадолго. Только выясню, что творится в моем царстве‑государстве, и вернусь.

– Попросить ее подождать ? – настаивал бэсс.

– Не больше часа, Синг. Даже если мы с ней разминемся, тебе придется развлекать Киру не больше часа. Я постараюсь быть на уровне лунного света.

– Счастливого полета, – пожал плечами Синг, и чуть слышно добавил: – И почему самой долгой дорогой оказывается та, в которую уходишь на мгновение?

Если б я уже не был одной ногой в Сан Полисе, непременно сказал бы черту лохматому, что я думаю о пророчествах под шаг ноги. Но орать из Ваурии в Бэсснию дело неблагодарное, и разговор с Сингом пришлось отложить до возвращения.

***

Кэт, вертясь как юла, промчалась по двору, смерчем скользнула в сад и, едва не выкорчевав куст, за который, в целях торможения, уцепилась двумя руками, наконец, остановилась.

– Черт знает что, – едва переведя дух, проворчала Волшебница. – И это вытворяет хозяин «Пегаса»! Да за такие перемещения убивать надо. Как я себе шею не сломала с его сервисом, ума не приложу. Повезло, наверно.

Она огляделась, обнаружила рядом с собой огромный куст шиповника, мысленно возблагодарила небеса за то, что завязла не в нем, а в безобидных стрелециях, и немедленно забыла о мелких неприятностях своего путешествия. «Или ВВ что‑то впопыхах перепутал с местом назначения, или слухи о беспределе в Запределье сплошная брехня, – думала Катарина, разглядывая великолепный цветник, ее окружавший. – Чтоб в такой красоте направо налево убивали… Что‑то не верится. Черт бы побрал эту магическую этику, это из‑за Элроя меня Белее черти куда закинул под горячую руку! И как мне теперь отсюда выбираться? Я ведь даже примерно не представляю, где нахожусь. Ну, это, допустим, не проблема, можно спросить у аборигенов. Зрелище, конечно, будет, я себе представляю. Взрослая, трезвая, как горный ручей, тетка, при признаках ума и почти при памяти, с сумасшедшими глазами выясняет, куда ее занесло. Блеск! Ну и черт с ним, что ж мне теперь, по звездам ориентироваться, если Великолепный мне билета не выдал? С моей астрономией это ориентирование лет на двести затянется. – Тут Катарина вдруг вспомнила про зеркальную связь и достала из кармана свою пудреницу. – Вот дура‑то, сейчас все и выясню. Свет мой зеркальце… – Никакой реакции. Кроме собственного отражения, ей не удалось ничего добиться от зеркала. – Вот сволочи шустрорукие, – чертыхнулась про себя Кэт, – быстро они счета мои перекрыли. Ни за что ни про что без связи оставили, ну что за невезение такое!» Где‑то почти рядом хрустнула ветка, и послышались чьи‑то голоса. Говорили, вроде бы, на старо‑эйрском. «Может, это и Ваурия, – немедленно насторожилась Катарина, – не слышала я, чтоб в нормальных измерениях кто‑то так говорил, это ж все равно, что на Привозе по‑латыни торговаться. Надо бы поосторожнее, Элрой заявил, что в Ваурии убили Инсилая. Ну, или этика, как всегда, что‑то перепутала, или просто факты подтасовали, чтоб нас с Машкой арестовать… но судебный мух‑леж – не повод сложить голову в Запределье. Сестейч! – она шевельнула пальцами, но в пчелу, несмотря на заклинание, не превратилась. – Проклятая этика, они и до колдовства добрались, жулье судейское», – сообразила Кэт и, не теряя времени, спряталась единственно доступным ей сейчас способом – поглубже зарывшись в пышные заросли стрелеции.