На целую минуту в комнате повисло молчание. Анна о чем-то напряженно размышляла, растерянно разглядывая картины на стенах. Питер и Саша не решались ее перебить.

А потом в кабинет вошел Артур. Замер на пороге, оценивая обстановку, потом тяжело вздохнул, и, посмотрев на мать, грустно спросил:

— Этого тоже… того?

— Что — «того»? — Переспросил Питер, потому что чувствовал себя ответственным за допрос.

— Скормите этой огнедышащей твари? — Артур сложил руки на груди, твердо выдержав тяжелый взгляд Питера.

— Посмотри на Сашу, — предложила Анна.

Артур только теперь пригляделся к худощавому парню, одетому в розовый женский халат. Наверно, когда-то его можно было назвать симпатичным: хорошая фигура, видно, что спортом занимается. Но над его лицом как следует «поработали» — вся правая сторона — сплошной синяк с кровоподтеками, кое-где содранная кожа только начала схватываться коркой, разбитые опухшие губы торчат двумя лиловыми пельменями.

— Теперь погляди на человека на стуле, — продолжала королева, — сравни. Как думаешь, справедливость уже восстановлена?

Артур промолчал.

— Саша — мой верный помощник. Работает со мной уже несколько лет, — продолжала Анна, — он мой человек, — слово «мой» она произнесла совершенно по-особенному; наверно, именно так говорил о своих маршалах Наполеон. Или Чингиз-хан о своих нукерах, — а, значит, любой ущерб, нанесенный ему, я обязана возместить тысячекратно. Понимаешь?

Арти вздохнул, и тоскливо посмотрел на мать.

— Не понимаешь, конечно, — Анна покачала головой, — ты врос в этот мир, мальчик мой, и пока еще совсем не осознал, кто ты, и откуда. Этот человек, — она указала на Бориса, — нанес мне тягчайшее оскорбление. Если бы это случилось в нашем мире — думаю, я была бы вынуждена приказать содрать с него кожу живьем.

Борис невольно поежился; голос Анны звучал пугающе искренне, и даже немного устало. Как будто ей и в самом деле доводилось заживо свежевать людей.

— Я понимаю твою ошибку, — вмешался Питер, — и готов на первый раз забыть. Но на будущее — никогда не оскорбляй дракона. Даже мысленно. Даже после того, как взойдешь на престол.

Посмотрел на Анну, потом на Питера. Молча кивнул.

Анна улыбнулась, и, повернувшись к Борису, у которого в этот момент перехватило дыхание, спросила:

— Что ты должен был сделать после того, как узнал пароль?

— Ничего! — Быстро ответил боевик, и тут же добавил: — в смысле, я не должен был ничего смотреть или открывать. Нужно было немедленно вызвать шефа.

— Поддельные скрины, и прочее — это дело рук заместителя директора по финансам, верно? — Продолжала задавать правильные вопросы Анна.

— Верно, — кивнул Борис; он даже почувствовал облегчение — теперь у него не осталось информации, которую следовало бы скрывать.

— Ясно, — кивнула Анна, и добавила, обращаясь к главе своей охраны: — Питер, подай его телефон!

Глава 7

Золото и камень

В середине девяностых Павел Сергеевич был просто Пашкой: шустрым парнем с некоторыми связями в администрации Хабаровского края.