Она вспыхнула от смущения.

И когда уже собиралась остроумно его отбрить, он сказал:

— Моё не успокаивалась с момента нашей встречи.

Она обнаружила, что облизывает свои губы. Спустя столько лет целибата и неуверенности с мужчинами такая готовность смущала не меньше, чем страх.

— Мне… мне нужен душ, — выпалила она, отступая.

Он поднял брови.

— Мне он тоже нужен. И здесь мы предпочитаем воду экономить.

Глава четырнадцатая

Когда она направилась в ванную, МакРив следовал за ней по пятам. После его комментария всё, о чём только она могла сейчас думать — это совместный душ. Намылить его огромное тело…

В дверях она обернулась.

— Могу я побыть одна?

Он моргнул, словно она попросила о чём-то очень странном.

— Уходи, МакРив! Кыш.

Он не сдвинулся с места.

— Ты потеряла несколько литров крови. Что, если у тебя закружится голова, и ты подскользнёшься? — Он выразительно на неё посмотрел. — Это может тебяубить. Блять. Ты можешь умереть от падения в душе!

Хотя она и сама частенько неприлично выражалась — как же ещё можно поддеть противника? — она не привыкла, чтобы мужчины при ней высказывались подобным образом.

— Хлоя, ты должна оставить дверь открытой.

Осмелится ли она? Душевая кабина была величиной с комнату, с ширмой шести футов высотой. Он не сможет её увидеть. Рана зудела, как сумасшедшая, и волосы были грязными, с настоящими комьями грязи.

— Ладно. Только если ты не войдешь.

— Не войду. — Он прислонился к дверному косяку и скрестил руки на широкой груди.

Заставив себя, наконец, оторвать взгляд от этой груди, она направилась в душ. В кабинке она сняла футболку, нижнее белье и повязку, нахмурившись, когда обнаружила на боку твёрдую чёрную корку.

Встав под поток воды, она застонала от удовольствия.

— Милая? — позвал он.

— Всё в порядке.

Пар заполнял комнату, и зудящая корка на боку размякла, так что ей удалось счистить её, словно слой папье-маше. Она уставилась на открывшееся зрелище, облокотившись на стену.

— О, боже.

— Что такое? — его голос был полон паники и доносился непосредственно из ванной комнаты.

— Выйди!

Он не приближался, но и не уходил.

— Нет, пока ты не расскажешь, в чём дело.

— Моя рана — она полностью закрылась. — Оставив новый симпатичный шрам.

— Ха. Не думал, что это излечит тебя так быстро. Как насчёт других повреждений?

Она повела плечами. Не болит. Поискала ушибы, но ничего не нашла.

— Всё прошло.

— Значит, позаботился о тебе, как и обещал. Может, теперь ты начнёшь мне немножко доверять?

— Я не говорила, что не доверяю тебе. Просто не хочу, чтобы ты смотрел.

— Моя Подруга — из застенчивых? — его слова звучали хрипло, а в её грудь били струи воды.

Застенчивая? Едва ли. Но, Боже, то, как он сказал "моя подруга", заставило её сердце забиться быстрее.

— Ты на сто процентов уверен что я… твоя? Я имею ввиду, когда ты меня учуял, разве это не был запах обычного человека?

— Да, ты смертная.

Отсюда следует, что она таковой и останется, изменившись лишь до определённой степени — пока не сработает спусковой механизм.

— Это нормально, когда ликан получает смертную Подругу? Или это означает, что где-то в моей родословной были ликаны?

— Тебе необязательно быть ликаном, чтобы оказаться Подругой одного из нас.