Раздев её полностью, он уставился на Хлою с недоверием. Он называл её симпатичной?

Она изысканна.

Её кожа была гладкой и золотистой, захватывающе оттеняя эти необычные многоцветные глаза и выгоревшие на солнце волосы. Опадающие вишнёвые лепестки целовали её плоский живот, её грудь, губы.

Она вздохнула.

— Я чувствую их. — Её веки закрылись.

Он зачарованно наблюдал, как белые гладкие лепести соскальзывают с её тела. Один из них обвил изгиб левой груди.

Другой нежный лепесток венчал правый сосок — белое на разбухшем от желания красном.

Но к нему взывал её аромат. Он вернулся к шёлковым лепесткам между её бёдер, его челюсть при виде этой блестящей плоти отвисла.

— Ты не могла быть прекраснее, ласс. То, что я собираюсь с тобой сделать… — Опустившись у неё между колен, он облизнулся, чувствуя себя чудовищем, насилующим красавицу.

Но красавица лишь промолвила:

— Пожалуйста.

Он опустил голову и приступил к делу. От первого же касания языка она издала низкий стон, а он чуть не кончил себе в штаны. Этот вкус был самым восхитительным из всего, что он когда-либо пробовал.

— Хлоя! Боги, ты как мёд.

Как будто шёлк опустился в мёд, а затем брызнул к нему на язык.

Совершенство. Он упивался ею.

— Ждал этого вечность.

Когда он провёл языком по её маленькому набухшему клитору, она воскликнула:

— О, Боже! Пожалуйста, не останавливайся.

Ни в коем случае. Его член напрягся у ремня джинсов, грозя его разорвать. Внутри скрёбся зверь. Чтобы оставаться в настоящем, Уилл загнал его обратно. Он развёл её ноги пошире, накрывая ртом клитор, проводя по нему языком снова и снова.

Он понял, что рычит в неё, когда она спросила:

— Что ты со мной делаешь?

Он отклонился,

— Тебе не нравится?

— Я в восторге! — Но потом она закусила нижнюю губу. — Ты в порядке? Твои глаза стали синими.

Он встретился с ней взглядом, и это помогло ему сфокусироваться. Не отрывая глаз, он лизнул чуть ниже, погружаясь в её медовый вход. К его изумлению, зверь уступил, удовлетворенный, словно только что отведал особенно изысканное лакомство. В этом, зверь, я с тобой согласен. Не отрываясь от её плоти, Уилл сказал:

— Я никуда не уйду.

— Ты уверен, МакРив?

— И пропустить момент, когда моя Хлоя впервые будет со мной кончать?

— Впервые с кем бы то ни было, — застенчиво произнесла она, и его сердце загрохотало.

— Для тебя я сделаю всё как надо. Клянусь. — Он хотел мучить её удовольствием, хотел сделать так, чтобы ей никогда бы не захотелось покинуть этот источник.

Она пропустила сквозь его волосы пальцы, наблюдая за каждым движением языка.

— Страстная маленькая подруга. — Он так много о ней узнавал, о том, что её заводит. Он понял, что ей нравятся грязные разговорчики. Понял, что она готова сражаться, но не тогда, когда нуждается в удовлетворении — и не против него. Уиллу она с лёгкостью подарила свою страсть.

— Тебе нравится чувствовать мой язык, ласс?

— Да!

— В тебе?

Он раздвинул её большими пальцами и трахнул своим твёрдым языком; она обмякла, издав приглушённый крик.

— Хочешь ещё?

— Мне нужно ещё! Я хочу этого….

Когда она застонала, страстно придвинувшись к его языку, его член начал пульсировать так сильно, что от давления оторвалась верхняя пуговица джинсов. Одна застёжка-молния справиться с его длинной никак не могла, так что он стянул джинсы к коленям.

Но даже когда его рука нашла пульсирующий член, и он принялся мастурбировать, зверь не поднялся.