Когда он сказал, что любит её, кем бы она ни была, он не смог встретиться с ней взглядом.

И всё же, он запоминал её лицо. Рулетка вращалась и вращалась…

Глава двадцатая

— Взгляни на себя, брат! — Во время перерыва Манро хлопнул Уилла по спине. — Впервые за долгий срок ты улыбаешься. Это именно то, что тебе нужно.

— Ну, типа, да. — Сегодняшний день был лучшим днём в Уилловой жизни. А Хлоя об этот даже не догадывалась. Его Инстинкт был силён, зверь сдерживался, и клан принял её с распростёртыми объятиями.

В кулере для игроков охлаждались бутылки виски — "ликанад". Но Уилл предпочёл пиво. Он планировал закрепить свой утренний успех с Хлоей, а для этого ему нужно было оставаться трезвым.

Сохраняя её в поле зрения, они с Манро прогуливались в стороне от остальных.

— С тобой происходит то, чего я уже давно не припомню, — сказал Манро.

— Например?

— Ты смеешься, — ответил Манро. — Раньше только острил.

— Ты говоришь так, будто это что-то из ряда вон выходящее.

— Именно. — Выражение лица Манро стало серьёзным: — Когда мы были маленькими, ты был таким весёлым и жизнерадостным, всегда проказничал и дразнился. Потом за один день, ты, казалось, повзрослел, стал угрюмым и замкнутым юношей. Вот тогда я понял, что что-то не так.

На Уилловом детстве Руэлла поставила крест. Он едва ли помнил, каково это — быть ребёнком. Должно быть, они с Манро играли вместе до того, как в его жизни появилась Руэлла, но ничего конкретного он вспомнить не мог.

Странно, но все подробности событий, которые происходили в том доме, до сих пор оставались в его памяти. Как она прижимала его к кровати, используя по своему усмотрению, игнорировала его инстинкты альфы, заставляла выпускать зверя.

А что было хуже всего, он до самого конца был убеждён, что насыщать её — было его неотъемлемой обязанностью. Неудивительно, что он представляет собой ходячий пиздец.

Тот дом до сих пор стоит в Мрачном лесу, как безмолвное напоминание его слабости.

— Руэлла многого лишила меня, — сказал он, явно преуменьшив реальность.

— Но теперь у тебя есть новые перспективы, — заметил Манро, — Твоя подруга всем понравилась. Она сладила даже с волками. Не каждый смертный может этим похвастаться.

— Теперь, когда она вошла в мою жизнь, я ощущаю всё по другому. Манро, я думаю, что смогу переспать с Хлоей.

Он держал своего зверя на поводке, чтобы не упустить — или не проскочить — ни единой секунды её первого оргазма.

Он был там, в здравом уме. Он выиграл этот день. Если бы Уилл смог взять Хлою, как нормальный мужчина, Руэлла, наконец-то, потерпела бы поражение.

— Ты думаешь, что сможешь с ней переспать? — по выражению лица Манро было понятно, что он чувствует себя неуютно. — Ты должен быть уверен. Если твой зверь поднимется… для смертной это будет кошмарная смерть.

— Мы были, — Уилл огляделся по сторонам, — близки. И я удержал зверя в клетке. С ней я могу.

— Но риск!

Он резко выдохнул.

— Да, я знаю. Ты прав. Выдаю желаемое за действительное. Никогда не буду ею рисковать. — Он глотнул пива. — Эй, не Гаррет ли достал у ведьм талисман, чтобы усмирить своего зверя?

Манро кивнул.

— Не знаю подробностей. Но имей в виду, что он не советовал связываться с Домом Ведьм по вопросам, связанным со зверем.

— Не могу поверить, что говорю это, но я хочу свой проклятый ошейник обратно.