— И они по каждой дисциплине оказались лучше всех остальных курсантов?

— Так точно, мэм.

— И восьмилетний шкет положил в рукопашной на обе лопатки вашего лучшего курсанта?

— И не только он. Вон та шестилетняя пигалица — тоже. К тому же она еще и инструктора одолела.

Я давлюсь от смеха. Инструктор самообороны быстро нам всем зачет поставил. А вот инструктор рукопашного боя решил заупрямиться. Временно.

— Значит… Мы это… Хотим поблагодарить вас за приятно проведенное с вами время, — начинаю я, переминаясь с ноги на ногу. Но теперь мы уже прошли все ваши БТ. Можно нам наконец отправляться спасать мою маму?

— Можно. — Лейтенант пристально посмотрела на меня, и сердце у меня подпрыгнуло от радости. — Завтра.

— Что?!

— Для выполнения миссии по спасению доктора Мартинез мы предоставляем в ваше распоряжение подводную лодку «Миннесота», — продолжает она как ни в чем не бывало. — Это первоклассно оснащенное судно класса Вирджиния, со множеством новейших средств защиты и нападения. Она сейчас идет сюда из Сан-Диего и прибудет в Перл-Харбор в три часа ноль-ноль минут сегодня ночью. Ей дано три часа на заправку, и завтра в шесть утра «Миннесота» отойдет с базы. Будете ждать ее без четверти шесть на причале. Опоздаете на две минуты — подлодка уйдет без вас. Далее: на борту «Миннесоты» вы будете а) беспрекословно подчиняться каждому офицеру, б) вести себя как подобает взрослым разумным существам, в) ничем не подвергнете опасности судно, его состав и груз на борту.

Открываю рот вставить словечко, но лейтенантша продолжает зудеть:

— В случае нарушения правил вас при первой возможности высадят на берег и вся миссия будет немедленно отменена. Я достаточно ясно все объяснила?

Одного за другим она обследовала нас ледяным взглядом. Молю Бога, чтобы ребята попридержали языки и не выкинули какой-нибудь наш обычный залипон из цикла «достали вы нас со своими правилами и распоряжениями». Пусть себе командуют, сейчас можно все стерпеть. В конце концов, мамина жизнь на волоске висит.

Чудо! Случилось настоящее чудо. Никто из наших не произнес ни слова. Слышу, как тяжело дышат ребята, чувствую, как все они нервно кусают губы, изо всех сил стараясь обуздать нашу строптивую природу.

«Пожалуйста, только отпусти нас поскорее, — молю я про себя лейтенантшу. — А то, не дай бог, фигня какая против воли прорвется».

— В шесть часов отплытие, — коротко бросает лейтенантша. — Свободны!

39

Теперь скажите на милость, как вы убьете тринадцать часов, прежде чем отправиться спасать свою маму? Если вы такие сорвиголовы, как моя стая, — пойдете купаться.

Перл-Харбор — залив на побережье Оаху, чуть в стороне от Гонолулу. Кто сказал, что с нами ничему не научишься? Еще могу сообщить, что Гонолулу вообще переводится как «защищенная бухта». Так, по крайней мере, написано на плакате в столовке. Только с какого языка — не написано.

Около базы почти вся береговая линия закрыта для прохода. Но кое-где к океану подойти все-таки можно. Опускается вечер, тепло, как в раю, и вода, как парное молоко. На пляже народу не много, но с десяток людей купаются, и еще пара-тройка собирают ракушки. Видно, все же есть сермяжная правда в планах Клыка поселиться на острове и послать этот безумный мир к чертовой бабушке.

— Не снимай, пожалуйста, ветровку, — прошу я Ангела, которая спешно скидывает с себя обмундирование.