Жаль только, что эта атака захлебнулась на старте.

Роман наблюдал за беснующейся бывшей и по-прежнему не чувствовал ничего, кроме омерзения. Собой он тоже не гордился, теперь он не понимал, почему вообще подпустил Аллу так близко. Он оценил ее неверно – и он еще легко отделался. Эта ее мстительность, склонность к агрессии… Если уж быть совсем честным, он теперь крупно должен Льву за то, что все закончилось так быстро.

Естественно, верить болтовне про Викторию Градов не собирался. Если бы она действительно убила маленького ребенка, она бы сейчас находилась не в Малахитовом Лесу, а в тюрьме. Конечно, она сама сказала, что десять лет назад с ней произошло нечто не слишком приятное. Но она определенно не была уверена, что именно, иначе не искала бы никого теперь в поселке. А если ее старший брат действительно наболтал что-то Алле, про эту «смерть ребенка» всем известно.

Поэтому Роман не планировал расспрашивать Викторию об этом даже наедине. Ему хватило того, что Алла запугала ее всеми этими выходками с вторжением в дом. Сначала он не подозревал бывшую, потому что неверно оценил – вот и замкнулся круг. Но теперь, с учетом всего, что было ему известно, она вполне подходила на роль человека, который будет пользоваться такими методами. Правда, вряд ли Алла сама поймала змей, скорее ей все-таки пришлось заплатить кому-то из охранников, и Роман был всерьез намерен выяснить кому.

Однако это могло подождать. Он оставил Аллу на брата – в конце концов, Лев заварил эту кашу, пусть теперь расхлебывает. Роман же узнал все, что хотел, и собирался вернуться к собственной жизни.

Весна все больше походила на лето, в Малахитовом Лесу наступала лучшая пора, и было даже иронично, что именно теперь Алле придется уехать. Уже сегодня солнце припекало, а синоптики бодро обещали, что тепло задержится надолго. При этом теплые дни весны не отличались душной сухостью летних, они по-прежнему были полны сочной зелени и ярких пятен цветов. В воздухе пахло свежескошенной травой и медом, мир пребывал в спокойствии и не интересовался интригами, развернувшимися под крышами домов.

Виктория сразу предупредила Романа, что не желает ввязываться во всю эту историю с его бывшей. Это, кстати, было еще одним доказательством ее невиновности: если бы за ее спиной действительно маячил настолько страшный секрет, ей как раз стоило бы крутиться поблизости и проверять, что о ней скажут.

Она же попросту направилась к Белому озеру, предупредив, что будет ждать Романа там.

Белое озеро было такой же важной частью курорта, как старый лес вокруг поселка. Небольшое, почти идеально круглое, оно притаилось за стеной деревьев всего в паре десятков метров от домов. Когда «ГрадСтрой» выкупил эту территорию, даже местные не могли точно сказать, почему озеро назвали Белым. Одни утверждали, все дело в березах, растущих неподалеку от одного из берегов. Другие ссылались на особенно густые туманы, которые образуются над озером осенью. Третьи считали, что в пасмурную погоду вода идеально отражает небо и кажется из-за этого молочно-белой.

Роману история названия была безразлична, а вот само озеро нравилось. Оно оставалось на удивление чистым и позволяло найти пустынный берег, обеспечивая столь желанное одиночество. Ну а холодная в любое время года вода гарантировала, что все обитатели поселка не станут проводить в ней дни напролет.

Романа же холодная вода не смущала – и Викторию тоже. Добравшись до озера, он обнаружил на ближайшем берегу только ее вещи. Саму Викторию искать не пришлось, она заплыла на глубину, однако из виду не скрылась.

Присоединяться к ней Роман не собирался, не сегодня уж точно. Он устроился на берегу, ожидая, когда Виктория выйдет из воды. Разговор с Аллой Романа не расстроил, не произошло ничего такого, чего он не ожидал.