— Условия, — произнесла фигура. Не голосом, но проекцией мысли. Тот всё же решил принять участие в игре, не испытывая никакого стыда от столь быстрой перемены решения. Малакуча пригодилась.

— Да, разумеется, — засуетился Джастин. — Мы предлагаем двух Демонов, которые могли бы присоединиться к твоей галактике, в обмен на одного, уже пленённого ею. Ставка удовлетворительная?

— Подтверждаю. — Очевидно, Демоны из любого уголка Вселенной в играх и состязаниях разбирались прекрасно. Дополнительных объяснений и уточнений им не требовалось. Синтия поймала отголосок мысли Сатурн и осознала, что вербальные диалоги были лишь частью большого паттерна; как и сам космос, большую часть которого смертные не могли видеть, слышать, обонять или осязать. Наверное, где-то там блуждали оставшиеся 99 % внимания Демонов.

— Договоримся о правилах. Мы предлагаем участие в игре компании смертных и таким образом, ограничение до их возможностей.

Слишком стандартно; Демоны часто ставили на последствия случайных взаимоотношений между смертными.

— Скучно. — Форнакс предпочитал более интересные игры.

— С одним новым условием, — продолжал Джастин. — Каждый из смертных общается с Демоном, который может давать советы, но не принимать решение, за исключением главных игроков. Совет базируется только на восприятии смертных. Никакого всеведения или всемогущества. Это ограничивает влияние Демонов до способностей смертных.

— Любопытно, — пришла мысль Сатурн об ограниченном рамками смерти существовании. Демоны явно интересовались всем, что выходило за грань их понимания. Однако этой реакции не хватало страсти. Интересно было наблюдать за переговорами; Демоны относились к правилам сделок весьма щепетильно.

— Малакуча наделит Демонов чувствами смертных на время состязания или дольше.

Фигура Форнакса на мгновение вспыхнула ещё ярче, прежде чем вернуться в обычное состояние. Они пробудили его интерес.

— Подробности.

Джастин развёл руками. Это было всё, до чего они додумались.

В голове Синтии открылся доступ к новой информации. Внезапно её осенило.

— Каждый смертный коснётся Малакучи и передаст одно своё чувство слитому с ним Демону. Эмоции не повторяются; каждый Демон получит новую. Поскольку смертный сохранит способность контролировать тело и выражение лица, чувства не захлестнут Демонов. Но смертные до определённой степени окажутся им подвержены — а также те, до кого они дотронутся физически, будь то другие смертные или Демоны. Таким образом, смертные и Демоны смогут делиться друг с другом эмоциями. Это усложнит ситуацию, в целом, сделает исход любого события сомнительным и случайным, а результаты всей игры, соответственно, непредсказуемыми.

Форнакс снова засиял. Предложение его заинтриговало.

— Выбор смертных.

Сатурн просигналила вновь, и Синтия высказала её мысль.

— Заняты четверо смертных. Осталось двое. Выбери одного, а другого займёт пленный Демон Земли. — Она обернулась к свободным друзьям. — Джастин. Джейлин. Представьтесь.

Те нервно переглянулись. Потом Джастин заговорил.

— Я — Дерево Джастина. Так меня зовут из-за многолетнего существования в древесной форме. Теперь я снова человек и собираюсь жениться на Брианне из Чёрной Волны. Если, конечно, мы вернём Демона Земли в его владения.

Настал черёд Джейлин.

— Я Джейлин из Обыкновении, с которой обычно и связывают Демона Земли. Я… Я обычная пятнадцатилетняя девочка, которая вляпалась в миссию по чистой случайности. Особо ничего ни о чём не знаю.

Форнакс опять вспыхнул.

— Обстановка?

— Мы предлагаем средневековый замок, похожий на тот, что когда-то стоял во владениях Демона Земли: каменный, со множеством богато убранных комнат, высоких башенок, подземелий, коридоров и проходов, тайных укрытий и вооружённой стражей.