– Ну, знаешь… Быть того не может… Это просто немыслимо. – Он закончил рассказ, и девушка прошептала: Ничего себе! Кто бы мог подумать! Мне бы и в голову такое не пришло!

Так они постояли несколько минут – молча, лицом к лицу, стараясь разглядеть друг друга в сгустившейся под деревьями темноте.

Когда ветер немного утих, Робер почувствовал на лице дыхание Жильберты. Он ждал. Ему казалось, что теперь решать не ему, а ей. Однако девушка прежде всего спросила:

– Ну и что же теперь делать, а? Чего ты от меня хочешь? Что мы будем делать?

Робер со вздохом развел руки, но тут же бессильно уронил их и пробормотал:

– Надо им помешать… Надо остановить их…

– Да как же это сделать? Нас они не послушают. Их двое, и они сильнее. И потом, они же чокнутые. С чокнутыми спорить бесполезно. Нужно совсем свихнуться, чтобы такое вытворять…

Она говорила, и голос ее звучал все громче. Робер подумал, что она вот-вот расплачется, но Жилъберта сдержалась. Помолчав немного, она поинтересовалась:

– Почему же ты днем ничего не сделал? Зачем было так долго ждать?

– Не мог. Я же работал!

– А в полдень? В полдень ты ничего мне не сказал! Я же видела, что ты сам на себя не похож!

Робер молчал. Жильберта переждала, потом продолжала:

– Нужно было рассказать отцу Кристофа.

– Я не мог.

– Как это?

– Ну… Это… Не могу я выдавать приятеля… Жильберта, казалось, раздумывала, потом, схватив Робера за руку, как недавно это сделал Кристоф, она тряхнула его, приговаривая:

– Да ты что! Ты понимаешь, что говоришь! Ты представляешь, что они надумали! Это не шутки! Да как же я могу их остановить?!

– Я думал, ты что-нибудь придумаешь. Может, если ты попросишь отца…

– Отца?

– Ну да.

– Ты с ума сошел! Тогда придется ему сказать, что мы встречаемся. Что ты приходил и что я вылезла в окно. Ты хоть понимаешь, о чем ты просишь?

– Конечно, понимаю, но когда такие дела… Жильберта перебила его:

– Ну нет, только не это! Лучше давай попробуем вместе. Давай попробуем потолковать с ними, остановить их. Поразмыслив, Жильберта спросила:

– Думаешь, они уже отправились туда?

– Кристоф – наверняка, он должен отравить собаку, а Серж, наверное, еще дома. Мы с ним должны были встретиться…

Робер примолк. Девушка подождала секунду-другую, потом воскликнула:

– Подумать только! И ты собирался вместе с ними! Да о чем ты думал, скажи на милость! Как ты мог додуматься до такого?

– Не кричи на меня, Жильберта… Пожалуйста, не сейчас.

Она замолчала. Ветер раскачивал акации, срывая охапки мелких листьев, и швырял их в лицо беглецам.

– Значит, ты считаешь, мы еще можем застать Сержа дома? – проговорила Жильберта.

– Нужно попробовать.

Робер шагнул было вперед. Но девушка его удержала.

– А вдруг мать зайдет ко мне в комнату?

– А она заходит?

– Обычно нет, но как знать? Вдруг не повезет. Оба опять примолкли. Потом Робер, подойдя к Жильберте, тихо попросил:

– Пойдем со мной, Жильберта, я ведь не знаю, смогу ли я, если буду один. Ты должна пойти со мной.

Девушка оглянулась на дом, едва белевший во тьме, и, не говоря ни слова, зашагала вперед.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА 17

Они не сразу решили, как идти: напрямик, коротким путем, или по дороге. Но было так темно, а главное – страшно приближаться к Малатаверну, так что в конце концов они решили идти по дороге.