— Послушайте, Эмма! Все пользуются услугами Клода, а он всегда работает с Сэм. Вы должны об этом знать. — Саманта стала волноваться. Она должна была вступиться за своих друзей.

— Все работают с Клодом… Все работают с Клодом… — Эмма тщательно скопировала мимику Мэри и постаралась как можно точнее передать ее манеру говорить. — Конечно, я знаю это. И любой в Западном Хэмп-шире, кто еще не выжил из ума, знает это. Вот в этом-то и заключается вся проблема. Послушай, дорогуша. Совершенно невозможно отличить один выпуск журнала от другого, один фасон повторяется везде. Почему? Да потому, что «все работают с Клодом Дэром» и только круглые идиоты, притворяющиеся, что они работают, или слепцы не могут заметить, что ваш выдающийся фотограф Клод Дэр полностью выдохся, что он импотент в творческом плане. А ваша Сэм Акрефильд просто девушка по вызову.

— Не вижу никакой, связи между их сексуальным поведением и нашим журналом, — высокомерно бросила Мэри Полк.

— Ну так я скажу тебе, законодатель моды, — прошипела Эмма. — Явный секс, — Эмма поиграла интонацией, — остался в моде прошлого года, и я боюсь, что ты тоже, милочка.

Эмма бросила вызов. Прозвучал зов трубы. Эмма была готова к драке. Если эта бостонка двинет хоть одним мускулом — она пропала.

— А кого вы хотите вместо него, Эмма? — едва прошептала Мэри.

— Пэт Паркер, — не теряя ни секунды, выпалила Эмма.

— Пэт Паркер? — переспросили в изумлении обе девушки в унисон.

— Но она же занимается фоторепортажами, — растерянно проговорила Мэри.

— И потом, она специалист по жанровым снимкам, — сказала Саманта. — Я говорю, что она не из известных, но вряд ли подойдет для «Селебрити»…

— Боже! Вы правы. Для «Селебрити» — нет, для «Нью селебрити» — да, — зазвучал триумфально голос Эммы. — Пэт Паркер всегда вовремя. Всегда там, где надо. Мне плевать у кого она причесывается или в каких ваших модных журналах не печатается! Если вы не работаете рискованно, вам не восхитить людей в этом мире. Вот и все. Безопасность пресна и скучна. Попробуйте заострить тематику, и вы увидите, что отбоя от читателей не будет! Но нам надо сначала их расшевелить. Отучите их от безмятежной жизни.

— Отучить их от покоя? Благодарю вас, Эмма. Большое вам спасибо, — слабо пробормотала Мэри, раздавленная критикой.

— Возможно, мы сможем использовать ее для рубрики «Звезды завтрашнего дня». Может быть, ей удастся убедить Тони Валентино переменить свое решение? — предложила Саманта.

Она с улыбкой запустила словесную ракету с ядерной боеголовкой в Эмму Гиннес. Вполне вероятно, что сама Саманта погибнет при взрыве, но надо дать понять этой проклятущей Эмме, что все в журнале знают до мельчайших подробностей историю ее унижения — это оправдывало риск.

У Эммы все поплыло перед глазами. В очередной раз интуиция ее не подвела. Она могла поклясться, что эти вертихвостки обсуждали именно ее, когда она появилась в комнате. И вот сейчас все это стало совершенно ясным. Кровь прихлынула к ее щекам и пошла расходиться по ее лицу, словно круги на воде от брошенного камня. Она сжала кулаки, пульс учащенно забился. Мысленно перед ней предстали все, кто когда-либо ее травил и унижал, она вспомнила лица всех, чьи слова жгли ее мозг, как кислота прожигает ткани. Еще больше она побагровела, когда вспомнила лицо этого парня, полного такого самомнения и самолюбования, который при всех, кто сейчас присутствует, унизил и растоптал ее в грязи.