|
Это уже был совсем не тот человек, который несколько минут назад беседовал с другим клиентом. Когда хозяин мастерской улыбнулся, на его лице появилась целая сеточка мельчайших морщинок, как будто нарисованных тончайшими кисточками. Цвет глаз изменился и стал тепло-изумрудным.
«Как это так? — подумалось мне, — Ведь один человек за мгновение сменил не просто свое настроение! Нет, он полностью изменил не только свой облик и голос, но и поведение». Было такое ощущение, что я вижу совершенно разных людей.
— Рибус! — воскликнул Агал, — Ну как ты мог подумать, что мы, хоть и старые маразматики, как ты сам говоришь, могли забыть такое! Это просто невозможно! В течение двух месяцев я готовил исключительно для услады твоей души эти абсолютно несъедобные колбаски. Мне порой кажется, что на этой планете никто кроме тебя не сможет их съесть. Теперь и я хочу услышать что-нибудь хорошее. Готов ли наш болид?
— Ха-ха! Ты меня, когда-нибудь уморишь своими цветастыми высказываниями, Агал. Но и я выполнил своё обещание и за чисто символические кредиты подготовил для вас чудесное средство передвижения. Ведь откажись я его сделать, так вы, старые хорши, больше не принесёте мне эту прелесть.
Я уже запутался в болидах и усладе души, но с умным видом стоял рядом, одним глазком постоянно косясь на работу техников.
Тут уже и Куим не выдержал этого словоблудия и спросил мастера Рибуса: — Ну и где он? А в ответ услышал только одну фразу: — Все смотрины вашей техники только после колбасок!
— Тьфу на тебя, — огорченно пробормотал Куим, и воскликнул, — Агал, да отдай ты ему скорее эту гадость, пусть травится на здоровье!
— Вот сразу бы с этого начали. Отдайте моё и забирайте своё, — видимо от ожидания своих Лумарийских колбасок Рибус заговорил рублеными фразами. Агал достал из своего заметно похудевшего баула свёрток с колбасками и молча уставился на мастера.
— Ох, радость то какая! Где ж вы, любезные, такие редкие специи взяли, украли? Ладно, ладно молчу. Пошли, покажу ваш тихоход.
С этими словами мастер повёл нас дальше. Зайдя в очередной ангар, Рибус внезапно гаркнул: — Олик, задери тебя в узел! Где ты тут прячешься?
Из вороха тряпок и ящиков высунулся чумазый и испуганный парнишка, который спешно что-то дожевывал.
— Слушаю вас мастер Рибус, — спешно ответил этот паренек, — если вы о сгоревшем транзисторе, то это не я. Он уже был сломан.
— Стой, балабол! Ты опять что-то жрал в уголке? Когда ж ты наешься? Хотя хватит о тебе. Скажи мне лучше, где платформа господина Агала?
— Да вот она перед вами. В ней я и кушал, то есть работал.
— Давай показывай её и беги работать во второй бокс.
Олик спешно сдёрнул ткань с какого-то механизма и нашему взору предстало творение здешних техников. Не говоря ни слова, паренек резко стартанул с места и выбежал из ангара.
— Вот! — торжественным голосом произнёс мастер, — Это то, что вы заказывали. Гравитационная платформа с двумя сиденьями впереди и грузовым отсеком на полторы тонны позади вас. Платформа оснащена четырьмя изотопными аккумуляторными батареями, заряда вам хватит на неделю. Управление самое простейшее, одна передача вперед, нейтральная передача и одна назад. Вот и всё управление. Да, забыл сказать о размерах и её мощности. Ширина этого чуда два метра, длина около пяти метров, высота подъёма над почвой не более полуметра. Скорость передвижения до тридцати километров в час. Ну как, вы довольны? Надеюсь, теперь вы будете гораздо чаще привозить сюда мои колбаски.
— Нет, ну кто о чём, а Рибус о колбасках. Да будут, будут тебе твои термоядерные колбаски! Мы вообще сначала хотели выкинуть эти специи, но Куим узнал их стоимость и оставил. |