Тот лишь вздохнул, глядя на маленькую полуслепую, но сильную духом женщину. Кетлин Бодин считала, что ее старший сын всегда найдет выход из положения, непоколебимо верила в него и даже после смерти матери Билли ни разу не усомнилась, что Вольф один прекрасно воспитает мальчика. Когда они переселились в Паудер-Крик, находившийся в то время под властью банды Сондерса, она так же была уверена, что ее сын восстановит здесь законность и порядок. Ее вера оставалась незыблемой: Вольф справится с любыми трудностями.

Теперь мать хочет, чтобы он, словно фокусник, немедленно достал из цилиндра школьного учителя.

– Есть предложения, мам? – с легкой улыбкой поинтересовался он.

– Вообще-то да, – заявила Кетлин. Вытерев губы салфеткой, она положила ее на стол рядом с тарелкой. – Собери общегородской совет. Предложи всем подумать, нет ли у кого родственников, которые имеют диплом учителя и не прочь обосноваться в порядочном городе на Западе, где правит закон, а жители умеют о себе позаботиться. У кого-нибудь в Паудер-Крике обязательно найдется племянница, сестра или кузина, ищущие подобную работу.

– Нет, Кетлин, это ни к чему. У меня есть идея получше, – сказала вошедшая в кухню Миртль Ли, и Бодин встал ей навстречу. Его поднятые брови свидетельствовали о крайнем изумлении.

– Милости просим, Миртль. – Он выдвинул из-за стола еще один стул для гостьи. – Отведайте бисквитов.

– Пожалуй, только потом не жалейте. Кетлин, мне нужно с вами поговорить. Вы умная женщина. Как вы посмотрите на то, если мы попросим молодую леди, которая вчера приехала в город, ту, которая застрелила Скупа Пармали… взять на себя труд школьной учительницы? Голову даю на отсечение, что она не уехала вместе с другими пассажирами дилижанса, хоть мне и не известно, где она находится в данный момент. Может, в гостинице. Ну, не важно, – единым духом выпалила Миртль, не обращая внимания на сурово хмурившегося Вольфа. – Расти слышал, как один из пассажиров отрекомендовал ее превосходной учительницей! Вроде она кому-то из них рассказывала, что преподавала в одном респектабельном пансионе у себя на востоке. Я чуть со стула не упала, когда узнала об этом. Если это не провидение Господне, то я просто не знаю, как это назвать!

– Пап! Она говорит про Ребекку Ролингс? Дочь преступника будет нашей учительницей? – вмешался в разговор Билли и тут же зажал рот ладонью, поймав грозный взгляд отца.

– Дочь преступника! – ахнула Миртль и, резко повернувшись, уставилась на мальчика.

Тут послышался спокойный голос Кетлин:

– По-моему, неплохая идея, Миртль. Вам, Уэйлону и мэру следует без промедления отправиться к ней с предложением.

– Но… но… – До Миртль тоже доходили сплетни о том, что Бэр Ролингс выиграл ранчо у Амоса Пистоуна, но она никогда не придавала значения этим слухам. – Девушка… которая застрелила Скупа Пармали… она дочь Бэра Ролингса? То есть она теперь владеет участком Пистоуна? Господи, шериф, вы уверены?

Вольфу ничего не оставалось, как ответить:

– Да, мэм.

– Ну и ну! Кетлин, как вы могли сказать, что это хорошая идея? Мне бы никогда не пришло в голову предложить нечто подобное, если бы я знала, кто она такая.

– По словам моего сына, это сильная духом молодая женщина, прекрасно владеющая оружием, – твердо заявила Кетлин. – Больше мы ничего пока сказать не можем, Миртль.

– Кроме того, что она как-то связана с бандитом Фессом Джонсом, – вставил Билли.

У Миртль отвисла челюсть.

– С Фессом Джонсом?

– Билли, – тихо произнес Вольф, – сейчас же выйди из-за стола и займись делом.