Изменить размер шрифта - +
К этому времени поступили первые известия о совершенном преступлении. Поздним вечером в субботу в домах на рю Сен-Ферреол ле Вье и рю Д'Обань разыгрались две драмы. Утром боли в животе у Лаверн продолжались по-прежнему. Более того, они еще усилились и не на шутку встревожили ее подруг. У нее начался жар и участился пульс. Марианну рвало черной желчью и кровью. Одновременно у нее воспалились мочевыводящие пути. Мочеиспускание случалось часто, но проходило с трудом. Но самым тревожным оказалось то, что в рвотных массах, похоже, содержались фрагменты слизистой желудка.

 Вряд ли ей стало бы легче, если бы Лаверн узнала о появлении первых симптомов подобного заболевания и у другой девушки. Болезненные ощущения и тошнота у Маргариты Кост развились позже, но прогрессировали быстрее, потому что она съела несколько больше засахаренных анисовых семян. Врачи, осматривавшие обеих пациенток, в один голос утверждали, что они стали жертвами отравления. Среди наиболее известных ядовитых отравляющих веществ, а это, несомненно, были именно такие, симптомы страданий девушек в наибольшей степени соответствовали признакам отравления большой дозой мышьяка.

 Началось следствие и допросы пострадавших и свидетелей. Обе девушки, Марианна Лаверн и Маргарита Кост, съели несколько семян, которыми их угощал Сад из красивой коробочки. Марианна Ложье тоже угощалась по настоянию Сада, но, взяв «лакомство» в рот, не проглотила его, а выплюнула в окно, когда он не видел. Ей, Роз Кост и Мариэтте Борелли удалось избежать судьбы двух своих подруг. Найти сладкие карамельки оказалось совсем не трудно, поскольку Ложье выплюнула свои на улицу, где их и обнаружили. Служанка Мариэтты Борелли, подметая квартиру на другой день, тоже нашла несколько засахаренных семян в венике, который использовался в качестве импровизированных розг, которыми отхлестали саму хозяйку.

 После недели тщательного медицинского ухода обе отравленные девушки поправились. Они и остальные приготовились помочь властям, хотя бы только ради того, чтобы избежать неприятностей самим. Факт отравления, склонение к содомии, содомия с добровольным участием Латура и насильственным участием Марианны Лаверн — всех этих фактов оказалось достаточно, чтобы привлечь преступника к уголовной ответственности. Если имелись доказательства того, что Марианна Лаверн участвовала в противоестественном половом акте против своей воли, став, таким образом, жертвой преступления, то причин для опасений быть привлеченной к суду у нее не было. Тот ход, который приняли события, свидетельствует о истинности истории, рассказанной истцами, а не самим Садом.

 Пострадавшие представили властям словесный портрет преступника. Описанию светловолосого молодого человека приятной внешности и хрупкого телосложения в парадном мундире и шелковых панталонах до колен, со шпагой и тростью, вероятно, недоставало деталей. Но, когда свидетельницы вспомнили о титуле не то графа, не то маркиза, исчезли все сомнения — это был только Сад. Тем временем маркиз миновал Экс и находился на пути в Ла-Косту. Все офицеры полиции того района получили предписание о его задержании. Предприняли меры к наложению ареста на собственность де Сада и собираемые налоги.

 Теперь не в его пользу заработали и обвинения, выдвинутые против него в деле Роз Келлер. Холодное самооправдание, сделанное им четыре года назад в Париже, свидетельствует о том, что он, несомненно, мог умышленно отравить девушек в Марселе, чтобы таким дьявольским способом усилить половое возбуждение. Записи в «Секретных мемуарах» от 25 июля говорят о его занятиях исследованием шпанской мушки. Он испытывал настой из этого насекомого зимой в Ла-Косте на младшей сестре своей жены, Анн-Проспер, в качестве средства, усиливающего сексуальное влечение.

 В Марселе произошло нечто из ряда вон выходящее, но, что именно, мир пока еще не понял. В конце 1834 года Жюль Жанен утверждал: две девушки, отравленные печально знаменитым маркизом, на другой день все же скончались.

Быстрый переход