Племянник Саша… С Пятницкой… Никому ничего… Она скорописью заносила информацию в приготовленный для записей блокнот, не задавая никаких вопросов и еще как следует не понимая, о ком и о чем идет речь. Записала адрес больницы, попросила объяснить, как доехать на такси, и, натягивая китель, позвонила в гараж. Саша с Пятницкой. "Он собирался сигареты отвезти на Пятницкую". Постояла, подумала, сняла китель и достала из шкафа старую шерстяную жакетку, не известно для какого случая хранившуюся там несколько лет. Посмотрела на свое отражение в зеркале вот уж действительно "тетя Шура". "Просил никому ничего не говорить". Да уж как-нибудь, Александр, сообразим что к чему. Два часа тому назад попал под машину где-то у черта на рогах, а до этого времени где пропадал?…

Романова добралась до больницы, когда уже совсем рассвело.

- Во двор не въезжай, жди меня здесь, сказала она заспанному шоферу и направилась в травматологическое отделение клиники, третьей по счету, которую пришлось посетить за последние сутки начальнику МУРа.

- Ничего страшного с вами не произошло, Александр Козлов. Кости целы, разрывов внутренних органов нет. Небольшая контузия и сотрясение мозга. Полный покой, и через несколько дней будете в порядке.

Турецкий хотел было возразить, какие несколько дней, ему сегодня надо отсюда рвать когти, но дежурный доктор уже выходил из палаты, а из-за двери показалось встревоженное лицо Александры Ивановны Романовой.

- Сегодня никаких посещений, во всяком случае до вечера, услышал он рассерженный голос доктора.

И прошло по крайней мере минут пятнадцать, пока в палате не появилась начальница МУРа в сопровождении того же рассерженного доктора.

- Не больше получаса, товарищ полковник, не сменил тона доктор, хотя говорил очень тихо, следуя, вероятно, инструкциям, полученным от Романовой. И не волноваться, больной Козлов, неожиданно подмигнул он Турецкому и прикрыл за собой дверь.

- А теперь валяй говори, почему заставил ломать комедию, Александр. Учти, времени у нас мало.

- Какая там комедия, Александра Ивановна, нужно срочно всю банду вылавливать, во главе с прокурором столицы Зимариным… Да нет, я не брежу, я постараюсь покороче, хотя эта история не одного дня…

Романова достала блокнот и авторучку, но, сделав две-три заметки, отложила блокнот в сторону и просто слушала, устремив на рассказчика ставшим тяжелый взгляд.

- У вас в голове от моего рассказа салат "оливье" образовался, Александра Ивановна?

- Образовался. Но вообще-то мне больше всего хочется прямо сейчас уйти на пенсию, неожиданно заключила Романова и также неожиданно добавила: Давай дальше. И вот еще что. Кому-то очень хочется видеть тебя мертвым. Давай доставим им это удовольствие? Что ты так смотришь?

- Вообще-то это идея… нетвердым голосом произнес Турецкий.

- Вот ты эту идею и поверти, пока я поговорю с доктором. Во-первых, это нам руки развяжет, наши враги потеряют бдительность, мы выиграем время. Во-вторых, за тобой прекратится охота…

Елена Петровна Сатина набрала дрожащей рукой ноль-два.

- Товарищ дежурный, куда мне позвонить, мой сын не пришел ночевать, я уж по больницам звоню, звоню, может, случилось чего.

- Сюда и звонить. Фамилия, имя, отчество.

- Саша, ой, Турецкий, Александр Борисович.

- Год рождения.

- Тысяча девятьсот пятьдесят девятый.

- Место рождения.

- Здесь он родился. В Москве то есть.