Буриков спешил с робкой надеждой на удачу. Мимо него проскочила «эмочка», потом, немного погодя, развернулась, догнала его. Водитель-красноармеец распахнул дверцу.

— Вы не из Пятигорска ли? Не из газеты? Старший политрук меня послал за вами.

Старший политрук сказал при встрече:

— Ваш редактор, батальонный комиссар Голубиц-кий, просил нас помочь газете. Вот я и послал автомобиль. А сейчас сидите, отогревайтесь. И чай доставят.

Корреспондент сел у пышущей жаром чугунной пе-чи-«буржуйки», едва не обхватив ее. Он чувствовал, как из тела медленно вытеснялся холод.

Потом политрук принес чайник и сахар, и Виктор Данилович, отхлебывая, рассказал ему, с каким заданием он летел в Ростов.

— А что, если интервью попытаться взять по прямому проводу? — предложил старший политрук.

— А можно ли?

— Почему же нельзя?.. С помощью связистов… Впрочем, подождите, я узнаю.

Старший политрук ушел, а Виктор Данилович остался с беспокоящей его мыслью, удастся ли переговорить с генералом и успеет ли он передать, в случае удачи, материал в редакцию. Минуты тянулись, как часы.

Наконец, в коридоре послышались твердые шаги, дверь распахнулась:

— Договорился! Скорей на узел связи!

— Сюда, в кабинет! — позвал их капитан, дежурный по связи, и указал на стулья у стола. — Командующего ищут… Он на капэ дивизии.

И вдруг в трубке щелкнуло, пискнуло.

— Командующий! — спохватился капитан-связист. — Здравия желаю, товарищ генерал. Передаю трубку корреспонденту.

— Здравствуйте, товарищ генерал! — закричал во весь голос Виктор Данилович. — С вами говорит корреспондент газеты! Мы хотели бы получить от вас первое интервью…

— Какой корреспондент? Какое интервью? — голос в трубке был явно недоброжелательным.

— Первое интервью, товарищ генерал!

— Послушайте, корреспондент, мне сейчас не до вас… Боясь, как бы генерал не бросил трубку, Виктор Данилович опять закричал:

— Я из вашей газеты. Окружной газеты!

В трубке наступила тишина. Потом послышался треск: может, вблизи капэ взорвался снаряд или мина?

— Ну, хорошо. Что там у вас? Спрашивайте. Только быстрей!

— Товарищ генерал! Редакция шлет привет и просит сообщить, каково сейчас положение на вашем фронте, — торопливо проговорил Виктор Данилович. Он еще в пути мысленно наметил, о чем будет спрашивать, и записал вопросы в блокноте.

— Фашисты удирают к Таганрогу. Бросают орудия, танки, автомашины. Мы их преследуем днем и ночью. Наши части дерутся с героизмом. Особенно, где командирами Панченко, Чумаков, Селиверстов, кавалеристы Куца.

Боясь упустить хоть слово, карандаш корреспондента летал по листу, оставляя на нем хитрые и непонятные закорючки. Они ложились строчка за строчкой. А генерал теперь называл, сколько боевой техники врага уничтожила его армия за время наступления.

— …Пятьдесят танков, сто пятьдесят автомобилей, двести мотоциклов…

По тому, как генерал точно называл цифры, Виктор Данилович понял, что ему, видимо, поднесли оперативную сводку…

Командующий сделал паузу и, воспользовавшись этим, Буриков задал второй вопрос.

В аппарате вдруг засипело, забулькало, и Виктор Данилович, холодея, подумал, что связь оборвалась: эвон какое расстояние лежит между ними, да и мало ли что может случиться, когда в непосредственной близости от командующего идет бой!

Однако спустя немного времени снова послышался голос, и Буриков почувствовал, как от сердца отлегло.