Где-то на периферии сознания у Мэла мелькнула какая-то мысль, словно его мозг наткнулся на колючку. Он осторожно обошел комнату, поворачивая голову в разные стороны. Ему показалось, что он слышит негромкое, но несмолкающее жужжание. Откуда оно доносится?

Высота звука изменилась, и он стал больше похож на…

Детский смех?

– Мэл? – Голос Уоша в интеркоме. – Мэл, тебе идет волна. Место отправки: Персефона. Идентификатор абонента: Бэджер. Примешь ее или сказать, что ты моешь голову?

Мэл нажал на переключатель интеркома.

– Проведи ее в мой кубрик. Поговорю с ним там.

Нахмурясь, он в последний раз оглядел кубрик Джейна и вышел.

Он вернулся в свой кубрик и включил экран волновых сообщений. На экране появились голова и плечи Бэджера. Может, он и мерзавец, но одного у него не отнимешь: мерзавец он колоритный. Его традиционный котелок, шейный платок в «огурцах» и брошка в виде фламинго на лацкане – все было в идеальном виде и на своем месте.

Не хватало лишь его обычной нахальной ухмылки.

– Бэджер, привет, – сказал Мэл. – Я как раз тебя вспоминал. Собирался тебе позвонить.

– Забавно, – ответил Бэджер. – Это никак не связано с тем, что от Хойта Кестлера уже полдня ни слуху ни духу? Я ждал, что он выйдет на связь и скажет, что мой груз успешно передан из рук в руки. Но от него ни звука. Вот я и гадаю: может, все прошло не так гладко, как хотелось бы? Ты ничего не хочешь мне сказать, Рейнольдс?

– Да, насчет груза… Мне больше не хочется перевозить твой «аппарат». Его, похоже, создали в одном из исследовательских центров «Синего солнца», а от них добра не жди.

– Какая разница, откуда взялся груз? – рявкнул Бэджер. – Раньше его происхождение тебя не сильно беспокоило.

– Может, я не такой, каким ты меня считаешь.

– Да уж точно не такой, каким был раньше. А что с Кестлером? Его труп лежит в какой-нибудь канаве?

– Нет.

– Нет?

– Не в канаве, – ответил Мэл.

Бэджер заскрипел зубами от злости.

– Господи ты боже мой! Рейнольдс, ты серьезно?

– Мы с ним не сошлись во мнениях. Твоему Кестлеру не слишком понравилось, что все повернулось не так, как он хотел. Началась стрельба.

Это была не вся правда, но почти вся.

– Не мы это начали, – добавил Мэл.

– Но наверняка довели дело до конца. – Бэджер вздохнул, словно покоряясь судьбе. – Я так и знал, что из-за тебя все пойдет наперекосяк.

– Уверен, ты не хотел, чтобы твои слова прозвучали так оскорбительно.

– Уверен, что именно этого я и хотел.

– Ты заплатил Кестлеру авансом? – спросил Мэл. – Если нет, значит, я сэкономил тебе немного денег.

– А товар, который ты должен был привезти? Что с ним?

– Насколько я понимаю, он сейчас лежит где-то в пустошах Кентербери. Скорее всего, на него встают койоты, которые хотят произнести речь.

– Рейнольдс, по-твоему, это смешно?

– О нет. Принять это решение было нелегко, но я от него не отступлюсь.

– Мой клиент – важная птица. Если он узнает, что ты бросил товар, за который он заплатил мне хорошие деньги, то не очень обрадуется. А он не из тех, кого стоит злить.

– Ну, Бэджер, это же твоя проблема, а не моя.