— Значит, надо поставить все паруса, какие возможно, — сказал герцог. — Конечно, в пределах безопасности.

— У нас не хватает людей, милорд, — ответил капитан. — Но здесь нет ни одного человека, кто откажется работать, даже валясь с ног от усталости, любая работа лучше, чем мерзкая тюрьма, из которой мы только что вырвались.

— Плохо было? — спросил герцог.

— Хуже будет только в аду! — мрачно ответил капитан.

— До Мальты не больше двух дней пути, — сказал герцог. — Но придется обойтись почти без отдыха и, если не сумеем поймать рыбу, без еды.

— Мы справимся, милорд.

Оба мужчины были обнажены по пояс, как и вся остальная команда.

У них отобрали все, кроме штанов. Герцог, который работал так же усердно как его люди, чтобы вывести корабль из порта, сбросил свою рубашку и галстук.

Он также снял сапоги, чтобы ноги не скользили, когда он бегал по палубе или взбирался на мачты.

Сейчас герцог стоял на капитанском мостике, глядя на работающих вокруг матросов.

— Сколько нас всего, капитан? — спросил он.

— С вами восемнадцать, милорд. И это считая то ничтожество, которого ваша светлость привел с собой.

— Мой тюремщик! — улыбнулся герцог. — Если бы не он, меня бы здесь не было.

— Надеюсь, милорд, он работал раньше на корабле и будет нам полезен, — с сомнением сказал капитан.

— Ему придется быть полезным, — ответил герцог.

Он взял свою рубашку и галстук и спустился по трапу.

В утреннем свете его глазам предстал пустой салон и настежь распахнутая дверь его каюты. Катеринина каюта была закрыта.

Герцог осторожно постучал и открыл дверь. Платье и нижние юбки девушки сохли, разложенные на полу. Сама она, одетая в прозрачную ночную рубашку Одетты, лежала в углу каюты и спала.

Ее руки были сложены под щекой, а волосы золотым сиянием рассыпались по плечам.

Она выглядела очень юной и очень счастливой.

Герцог постоял, глядя на девушку, потом положил рубашку и галстук на пол рядом с ее одеждой и вышел из каюты, закрыв за собой дверь.

Спустя два часа, когда солнце уже стояло в небе огненным шаром и команда вытирала пот со лба, герцог снова спустился вниз.

Он постучал в дверь каюты Катерины, услышал ее крик: «Войдите», и, войдя, увидел, что она уже оделась.

При виде его глаза девушки слегка расширились, и герцог понял, что в одних обтягивающих панталонах он, должно быть, выглядит необычно.

— Мы в безопасности! Мы спаслись! — вскричала Катерина задыхающимся голоском.

— Если счастье нам не изменит, мы дойдем до Мальты без происшествий, — ответил герцог.

— Я едва могу поверить, что это… правда, — прошептала девушка.

— Я тоже, — согласился герцог. — Нам повезло! Корабль ордена уничтожил береговые батареи еще до того, как начал бомбардировать гавань.

— А я все удивлялась, почему они не… стреляют в нас! — воскликнула Катерина.

— Нам очень повезло, — повторил герцог. — Но у нас не хватает людей, только восемнадцать человек вместо сорока, и что важнее, корабль полностью выпотрошен. Фактически нам нечего есть.

Катерина посмотрела на него широко открытыми глазами, и герцог добавил:

— Поэтому я и спустился, чтобы попросить вашу бриллиантовую брошь.

— А вы не боитесь, что покажетесь с ней слишком нарядным? — спросила девушка.