И по команде реальность подчинилась его воле. Перед самым носом судна возникла сверкающая золотом вертикальная линия. Она стремительно расширялась, пока не превратилась в овал больше корабля. Сияние всколыхнулось, успокоилось, и прояснилось — побережье, свет городского маяка, лес мачт и кораблей.

Селгаунтская бухта. Команда зашевелилась, побежала к носу, будто собираясь прыгнуть с корабля в портал.

Магадон направил свою волю и притянул портал к Связующему Демонов.

Золотое сияние охватило корабль и команду. Яростный визг кракена последовал за ними. Прежде, чем магия подействовала, корабль ударило щупальце, заставив его накрениться. Матросы с криками посыпались на палубу.

Миг спустя Связующий Демонов мирно покачивался в водах селгаунтской гавани. Магадон, пошатываясь, закрыл за ними портал.

Отрезанный от Источника, он чувствовал невосполнимую утрату. Знание и сила покинули его, став столь же эфемерными, как сны. Он удержал, что смог, но этого оказалось разочаровывающе мало.

Моряки поднялись на ноги и стали оглядываться с потрясенным выражением. Один радостно закричал, за ним второй, третий. Скоро кричала вся команда, хлопая друг друга по спинам. Улыбающиеся лица повернулись к Магадону, и радость угасла. Он поднес руку к лицу. Ладонь осталась заляпана кровью. Глаза затуманились, и он упал.

ГЛАВА 14

Заклинание

Башня под ногами Востима содрогнулась от хлынувшей из семени силы. Его сыновья справились! Они посадили второе семя в покров Саккорса.

Сквозь хрупкое тело Востима прокатилась волна ликования, которая могла бы заставить его плясать от радости, если бы не слабость. Лишь серьезным усилием воли он сдержал свои эмоции.

Скоро он получит Венец Пламени.

Маг был еще молод, когда они с отцом впервые ступили в тень Венца. В те времена Востим был сильнее, не таким чувствительным к свету. Он помнил запах ветра у воды, дуновение на своей коже, звуки поверхности, которые слышал собственными ушами. Востим с нежностью вспоминал те мгновения. Свет опалил кожу, но он выдержал; отец заставил выдержать. Отец хотел закалить Востима, научить его терпеть боль, и ради этого показал ему жизнь наверху, под солнцем.

Востим хорошо усвоил тот урок.

Он пришел к выводу, что недостижимых целей не существует, по крайней мере, для него, и собирался это доказать. Странник мог проследить свой жизненный путь до тех самых мгновений, проведенных с отцом под Венцом Пламени.

Так что будет только подобающе, если его жизнь закончится тем же самым событием. Он создаст Венец Пламени, усмирит его на целый день, а не на несколько кратких мгновений, и ступит в его тень, прежде чем умереть.

Востим вспомнил о своих сыновьях и потянулся к ним сознанием. Связь с Азриимом и Долганом установилась немедленно. Их глазами он увидел темную городскую улицу. Слаады находились в Селгаунте и были чем–то встревожены.

Он позволил Азрииму почуствовать контакт.

— Странник, — сказал его сын. — Мы хотим получить то, что было нам обещано.

— Скоро, — отозвался Востим. — Возвращаться сейчас небезопасно. Ждите меня там, где находитесь. Я свяжусь с вами, когда выполню свою часть дела. Все это скоро закончится.

Он почувствовал возмущение Азриима, разочарование Долгана… безразличие человека, и решил подбодрить сыновей.

— Вы получите все, что я обещал. Я сдержу слово и оставлю все необходимое для трансформации.

— Оставишь? — спросил Азриим. — Тебя не будет с нами?

Востим не почувствовал беспокойства в его голосе, лишь любопытство. Он хорошо обучил сыновей. Сентиментальность — это оковы, которыми слабые связывают сильных.

— Да, оставлю. Мы больше не увидимся.

Сыновья замолчали. Эти слова удивили их.

— Я свяжусь с вами вскоре после рассвета, — сказал Востим.