- При наличии достаточно сильного намерения измениться, я думаю, можно. - Если только ты не социопат вроде Эдварда.

- По твоим словам всё очень просто. Она была нужна Александру гораздо больше прежних привычек, так что он просто от них избавился. - Он опустошил рюмку.

Я его поддержала.

- Может, всё действительно просто.

- Он сказал, что открыл перед ней всего себя. Всё, что было и хорошего, и плохого. Сбросил с себя эту ношу, и теперь между ними секретов нет. - Максим разлил ещё. - Я горько ему позавидовал. Ещё он сказал, что понял - с самого первого дня, когда увидел Натали - что уже не полюбит никакую другую женщину. Что она - та самая. Как думаешь, возможно ли понять это сразу?

Странный поворот беседы.

- Думаю, такое чувство может возникнуть. Правда, не знаю, надолго ли.

- Если бы ты видела их вместе, то поняла, что они выдержат испытание временем, - сказал он. - Перед тем, как приехать сюда, я навещал их в Небраске - в родном штате Натали. Брат пригласил меня туда, чтобы попросить быть его шафером.

- Это тебя удивило?

- До глубины души.

- Он тоже связан с мафией, как и ты? - спросила я.

- За те годы, пока мы не общались, он стал бойцом, а я возглавил собственное предприятие. Не враги, но уж точно не союзники.

- Боец? Типа киллера?

- Скорее всего, он предпочитает называть себя боевиком. Фактически он был солдатом своего босса, сражаясь с противоборствующим синдикатом. Но это в прошлом.

- И ты намерен организовать с ним совместное дело.

- Чем больше я его узнаю, тем больше понимаю, что он безжалостен, но благороден. Мысль о сотрудничестве с человеком, которому я могу действительно доверять, меня просто ошеломляет. Вдвоём мы завоюем всю Россию. Но он мне пока не верит. Два месяца назад он боялся оставить свою невесту со мной в одной комнате.

- Почему же он попросил тебя быть шафером?

- Уверен, что под влиянием Натали.

- Почему он тебе не доверяет?

- Он слышал, что я превратился в бессердечного человека, который любит играть чужими жизнями. Он считал, что, повзрослев, я превратился в копию нашего отца - ну, или, по крайней мере, унаследовал его холодность и расчётливость. Своего отца мы ненавидели.

Это отец высек его спину?

- Александр был прав? Насчёт холодности и расчётливости?

Максим невесело усмехнулся.

- Да. Это называется быть политиком. Хотя, должен признать, я держал Александра в тонусе. Когда он посчитал, что я представляю для него опасность, разуверять его я не стал. Как и много лет спустя.

Опасность?

- Почему?

- Может, меня это развлекало.

Por Dios.

- Почему вы с братьями разлучились?

От ответа он уклонился:

- Только с одним братом. Мы с Дмитрием остаёмся близки.

Говорили они друг с другом довольно часто.

- С Натали Александр стал лучше. Но Дмитрий... - Он умолк.

- Что?

- Некоторые события из прошлого сильно повлияли на него и сделали злым. И я с трудом пытаюсь принять, что он останется таким навсегда.

Похоже, эти же события имеют какое-то отношение и к шрамам Максима. У Дмитрия тоже они есть? А у Александра?

- Мне очень жаль.

- Я нахожусь между двух братьев. Один говорит, что будущее может быть радужным, а другой убеждает, что прошлое омрачает все возможные пути. Что ты на это скажешь?

- Оба могут оказаться правы. Всё зависит от того, какой ты человек.

Молчание.

- Максим, что если Дмитрий, несмотря на прошлое, кардинально изменит свою жизнь? Меч, чтобы родиться, должен познать молоток и наковальню, ведь так? Что, если он преодолеет всё, что было в прошлом, осознав, что эта победа сделает его сильнее? - Для себя я могла на это только надеяться.