— Я всегда на твоей стороне, — Моро наклонился к самому её уху и прошептал, — даже если ты его прикончишь, — погладил по щеке, стирая одну единственную скатившуюся слезу. — Я скажу Маркусу, что тебе понадобится его помощь сегодня.

Они улыбнулись друг другу. Моро ушёл вернуть бутылки в гостиную. Вернулся.

— Неужели я настолько напугал светлейшего, что он не торопится узнать о состоянии дражайшей, пока еще, супруги? Мне хочется побеседовать с ним.

Тигран Аландер

Отдав распоряжение снять ставни, Тигран не спешил возвращаться в спальню Манон. Он вышел в сад. Воздух посвежел, поднялся ветер, затягивая небо грозовыми тучами. «У тебя глаза словно грозовое небо, такие глубокие, и молнии иногда сверкают»- сказала Манон, убирая с его лба белокурую прядь…

Тигран зажмурился, сжав кулаки. Как? Как так вышло? Почему не смогли сохранить то, что было между ними? Вчера ночью, когда он просил о последнем поцелуе, она поверила и подошла. Вырубил её, только глаза её не выходили у него весь день из головы, в них было такое удивление и что-то такое странное… ему казалось, что он делает всё правильно.

Она говорила, что они не проводили вместе время, не разговаривали. Вот он и предоставит такую возможность. Она сама пришла, не была против, когда он брал её. Долг супружеский отдал… паршивка, даже тут вывернула, что она поимела его. Хотя в той позиции даже она не могла оказать ему сопротивление. Не мог он тогда удержаться, когда увидел её голую, с кинжалом в зубах запрыгнувшую в комнату. Он спал в её спальне с той первой ночи, когда она ушла.

Зачем она пришла? Убить его? Поговорить…

Он связал и отнёс её в карцер, чтоб прочувствовала серьёзность его намерений. Почувствовала разницу между подвалом и герцогской спальней… её спальню подготовили. Окна закрыли ставнями. Когда он понял, что она влезла к нему по вертикальной стене без верёвки… он испугался, восхитился и разозлился. Приказал вынести всю мебель, одежду, все предметы, которые она могла бы использовать как оружие. Он планировал не выпускать её, пока она не одумается. Проводить с ней всё свободное время. Кормить, мыть, стать для неё всем… Да, пусть руки пока были бы связаны, и уходя, привязывал бы её к кровати. У них и раньше были игры. Будет ещё одна.

Когда она заорала и забилась в судорогах, он испугался, словно вернулся в ту ночь, когда сжимал её безжизненное тело. Почему всё не так? Что эта женщина делает с его мозгом? Почему он отказывается соображать? Непреодолимое желание иметь её рядом, даже пусть против её воли, пока против воли. Он сможет вернуть её чувства. Она простит… она не может не простить… он же любит её.

Герцог дал распоряжение выставить караул под окна жены из двух стражников. Постоял, подставив лицо ветру, прошёл примерно час. Нужно возвращаться в спальню к жене. Она спала. Тигран смотрел на заострившиеся черты, расслабленные и безжизненные, он не удержался, подошёл вплотную проверить, дышит ли она… дышала. Прикоснулся к волосам, пропустил короткую прядь меж пальцев. Наклонился, желая поцеловать.

— Милорд, — раздался надтреснутый голос Моро. Тигран резко обернулся. Лекарь стоял в дверях спальни с бокалом вина. — Тут нет никакой мебели, я устроился у вас в гостиной, неплохое вино.

Моро развернулся и скрылся в его спальне. Удивлённый и несколько рассерженный такой бесцеремонностью старика, Тигран последовал за ним, на прощанье мазнув взглядом по лицу жены. Моро обнаружился в гостиной. На столе стояли несколько открытых бутылок, канделябр с тремя горящими свечами. Моро сидел в глубоком кресле, покручивая в руках бокал уже с бренди.

— Бренди тоже очень и очень недурён, — отвесил комплимент Моро

Тигран насупился, налил себе бренди и опустился на диван напротив лекаря.