— В чём суть беспокойства?

— Извещаем, что учёным советом принято решение о переносе дипломных защит на завтра. После вам будет предоставлен допуск к финальному экзамену.

— А как же предварительные защиты?

Я прекрасно помню, что перед дипломной защитой шла защита предварительная.

— Они уже пройдены сегодня, и если вы хотя бы немного утруждались посещать учебное заведение, то прочитали бы соответствующий приказ, — явно с упоением объяснила лаборантка. — Но поскольку вам общие правила не писаны, то вы ничего и не узнали! Потому с вас снимается один балл согласно регламенту университета! Надеюсь, на защиту вы уж явиться не забудете, начало в девять утра.

— Стесняюсь спросить, за чьей подписью приказ?

— До свидания, Константин Фёдорович!

Она сразу повесила трубку. Я сначала хотел перезвонить в деканат, но затем передумал. Не берусь судить, откуда ветер дует у такого решения и связано ли оно с чьим-то желанием мне нагадить, но решение крайне любопытное.

Правда, если мне не изменяет память, в том же университетском уставе написано, что о любых переносах студентов нужно извещать надлежащим образом. Так что за снятый балл ещё повоюем.

— Кушать! — объявила Наталья Петровна.

— Боюсь, что не получится. Я прихвачу еду с собой и попрошу вас её упаковать, — сказал я.

— Почему же?

— Мне срочно надо на предприятие.

И не дав Наталье Петровне повозмущаться, я переключился на управляющего, чтобы уточнить, куда тот положил инструмент. Пока он объяснял, нянечка собрала мне тормозок. Положила, как всегда, больше, чем я мог съесть за раз. Ничего, полагаю, раньше глубокой ночи я оттуда попросту не уйду. Так что в цеху как раз поужинаю.

— Вечно вы куда-то спешите, — вздохнула она.

Я поблагодарил нянечку, и чтобы она так не переживала, коротко объяснил, что у меня перенесли экзамен и теперь нужно срочно-обморочно завершать к завтрашнему утру свой дипломный проект.

— Ну, с богом, барин, раз такое дело важное, — перекрестила она меня.

Вскоре я уже заходил в корпус завода, где с ходу ошарашил Лёню, усердно записывающего заклинание на очередной пергамент. Он настолько старался, что даже язык высунул.

— Леонид, у меня для тебя две новости, хорошая и плохая. С какой начать?

— С плохой, — неуверенно сказал он.

— Тебе придётся торчать здесь до глубокой ночи, а может, и до утра. Деканат перенёс защиту диплома на завтрашнее утро.

— Ого, вот это новости! Хорошо, что я подготовил диплом!

— Поэтому теперь поможешь подготовиться и мне. В общем, Лёня, в крайнем случае к завтрашнему утру будь добр закончить с пергаментами. Тебе много ещё?

— Я рассчитывал на три дня как минимум!

— Теперь рассчитывай, что у тебя всего три часа, — твёрдо обозначил я.

Видя, что Лёня опешил, я перешёл к хорошей новости.

— Зато, считай, что за сутки всё сделаешь, а оплата та же. Чем тебе не мотивация, Лёнь? — я хлопнул его по плечу, подбадривая.

Мой друг хоть и поник после этих слов, но возражений не последовало. Напротив, поёрзав на стуле он выдал, что сделает всё возможное.

Я же проверил новый инструмент из посылки и тоже приступил к делу. Окончательная припиловка артефакта заняла уйму времени. Зато с помощью новых шарошек и другого инструмента мне удастся довести артефакт до идеала.

Далее дело оставалось за сборкой всей конструкции. На лицевой стороне обложки отфрезеровал углубление для артефакта. Сделал это с минимальным припуском — лучше припилить и посадить артефакт плотно, чем пролететь с размером и делать новую обложку. С припиловкой пришлось как следует повозиться. Пока я был занят этим, Лёня доделал нанесение заклинания на пергамент.