— Это плохо. Похоже, они установили здесь тепловые датчики и датчики движения. От таких спрятаться будет проблематично.

Я нахмурился, но Глухарь лишь издал довольный смешок. Подойдя к ближайшей стене, он едва коснулся её ладонью. По всей поверхности тут же разлилась тонкая рябь, словно бросили камешек в воду. Одна за другой тепловые точки начали гаснуть, утрачивая свой зловещий красный оттенок.

Я удивлённо покосился в его сторону. Неужели это была способность его маски, или это самоцвет, управляющий звуком? Эффект действительно впечатлял, и я бы, может, даже похвалил Глухаря, но он снова посмотрел на меня с явной насмешкой.

Было бы перед кем выделываться.

Хотя тут далеко ходить не нужно, я прекрасно понимал, что он видит во мне конкурента. Видимо, Глухарю нравилась Лиса.

Проследовав за ним, мы незаметно миновали чердак и ступили на крытую галерею второго этажа. Лиса шла впереди, осматриваясь по сторонам. Наконец, она остановилась у одной из дверей и усмехнулась:

— Вот мы и на месте. За этой дверью жилые покои нашей цели.

Она сделала нам знак приготовиться, а затем молниеносно рванула вперёд, хватаясь за ручку двери. Но та даже не шелохнулась — похоже, была заперта изнутри. Ворона шагнула следом, сосредоточенно сощурившись. Снова залязгали отмычки.

Раздался щелчок, и дверь отворилась! Мы безмолвной гурьбой ввалились в роскошные апартаменты.

Внутри было темно, но в глубине виднелся неяркий отсвет — похоже, кто-то не спал в столь поздний час. Шагнув вперёд, я заметил, как из-за приоткрытой двери выглянуло обеспокоенное лицо. Банкир! Заметив открытую дверь, он резко отшатнулся, явно собираясь поднять тревогу.

Ведь двери, закрытые на замок, не отворяются просто так, посреди ночи.

Не раздумывая, я сорвался с места, преодолевая разделявшее нас расстояние за пару прыжков. Прежде чем банкир успел что-либо сделать, я прыгнул и с силой ударил его в солнечное сплетение. Несчастный захрипел, его рука, на которой начал зажигаться символ, уже потянулась к лицу, однако я вывернул его в сторону и следующим ударом лишил его сознания.

— Я бы вырубил за один, — послышался шёпот Глухаря, на который никто не обратил внимания.

Даже я. Кажется, в первом отряде, а ведёт себя как подросток. Хотя, если подумать. Уж, Пиявка… все они какие-то странные в первом.

Ворона уже крепко закрыла дверь.

— Эй, чего встали⁈ Нас могут засечь, вперёд! — шикнула она.

Опустившись на колени рядом с банкиром, я прикоснулся к его лицу рукой и мыслено воззвал к артефакту Создателя.

В голове тут же возникли строки, описывающие его маску:

Маска Росомахи редкого качества. Материал — золото. Самоцветы: аметист 30%, аметист 30%, сапфир 25%

Ничего сверхъестественного, но для такого рода, как Галланты и редкая золотая маска считалась роскошью. А вот самоцветы в ней уже представляли интерес. Тридцать процентов — это достаточно высокая чистота.

Похоже, Лиса была права — кто-то действительно украл эти самоцветы у Антоновых.

Сосредоточившись, я активировал проявление маски банкира. С тихим скрипом золотая росомаха начала отделяться от его лица, являя взору сморщенные черты хозяина. Губы искривились в гримасе боли, когда маска окончательно слезла. Но ничего, пройдёт, заверил я себя.

Росомаха оказалась в моей руке. Я с осторожностью начал извлекать из неё один за другим оба аметиста и сапфир, передавая их Лисе. Глаза девушки сверкнули удовлетворением при виде драгоценных камней.

Тут не было ничего сложного, к тому же шанс извлечения без того, чтобы они рассыпались, был очень высок.

Но едва я закончил, на улице внезапно раздался оглушительный вой сирены! Ворона резко вскинулась, вглядываясь в окно.

Перед моим взором зазмеился текст, но я толком не успел его прочитать.