— Это замечательно, но вы могли просто приказать Владимиру, и он бы сделал всё уже давно, — проворчал глава Лаборантума. — Не понимаю, зачем нужны такие сложности и интриги.

Пожалуй, лишь только этот человек мог себе позволить так разговаривать с правителем. Император по какой-то причине всегда спускал ему фамильярности, что вызывало откровенное раздражение у многих приближенных к престолу.

— Ты, как всегда, далёк от политики, Варнав, — покачал головой первый советник. — Не заставляй считать себя глупее, чем ты есть на самом деле. Слово Императора — закон, и оно же может сказать всем, на что сосредоточен его взгляд. Понимаю, что тебе уже несколько лет хочется решить все свои вопросы словом Его Императорского Величества, но это слишком наивно, — тебе так не кажется?

Раздражённый хмык со стороны закутанного в тряпки человека продемонстрировал, как он относится к сказанному советником.

— Хватит спорить, — Император с раздражением оглядел сидящих в кабинете советников. — Я хочу от каждого из вас услышать мысли о епископе, сегодняшнем разговоре с ним и о происходящем в Тверди. И пора подумать над нашими следующими шагами…

* * *

Несколько дней, после произошедшего столкновения имперцев с культистами и монстрами, я не выходил из дома, в основном сосредоточившись на рунике. А именно — создании артефактов, усилении рунических плетений боевой брони и работе с магической гравировкой моего нового меча. Время поджимало, следовало как следует подготовиться к предстоящему спуску на четвёртый ярус.

Да и лишний раз вылезать на улицу мне сейчас откровенно не хотелось. Город гудел. Стражи города, гвардия Арзов, имперские силы и даже представители Тени закона словно с цепи сорвались, переворачивая Твердь сверху донизу в поисках умудрившихся скрыться монстров и сотрудников клиники.

Попадаться на глаза всем этим людям мне откровенно не хотелось, да и дома было чем заняться. Особенно когда стало понятно, что в ближайшее время ничего вокруг не поменяется.

Наведаться к предводителю имперцев у нас с Ва'йаном, пока не получалось — старик буквально всё своё время проводил в подвальных этажах клиники богов-близнецов, лишь иногда покидая её, чтобы добраться до администрации города. Но, как мне кажется, самый напряжённый период у имперцев уже должен был завершаться, а значит время разговора приближалось…

Отец, к слову, смог вернуться домой лишь на четвёртый день после кризиса, когда накал страстей уже начал немного спадать, а большую часть монстров сумели переловить, либо ликвидировать. Выглядел он откровенно плохо. Даже для усиленного организма Изменённого такие нагрузки оказались тяжёлым испытанием.

Отца буквально хватало на то, чтобы принять душ и тут же отправиться спать, чтобы уже на утро уехать обратно. Поговорить с ним так толком и не вышло, хотя кое-что я всё же выяснил. Имперцы с этого момента присылают в Твердь один из своих элитных отрядов Изменённых, подчиняющихся напрямую генерал-губернатору Никанору Зинтону.

И с этого момента каждый чиновник обязан был подчиняться любым их приказам. Местный правитель и Зинтон равны по своему статусу, и без прямого вмешательства Императора, последний не мог вмешиваться в дела города. Но, похоже, с этого момента всё менялось…

«Политика внутри самой Империи, даже между самыми близкими силами, ничем не проще международной», — мысленно покачал я тогда головой, решив отложить вопрос сложных отношений между генерал-губернаторами на время в сторону.

От размышлений меня отвлекло пришедшее на телефон сообщение. Лаборантум Артефакторум напоминал о себе и о том, что завтра вечером должно было пройти очередное занятие, которое лучше не пропускать, так как посетить его собирается какой-то приглашённый наставник.