— Проклятый лягушатник, — процедил бритый. — К тому же выглядит как самый настоящий педик.

— Мне не нужны неприятности, — повторил Габриель.

Сунув руку в карман, он извлек несколько мятых двадцатифунтовых купюр и протянул деньги парням.

— Вот, возьмите. Только оставьте меня в покое.

Здоровяк со шрамом на щеке смахнул ладонью деньги с руки Габриеля, после чего выбросил вперед огромный кулак, целясь ему в голову.

Десятью минутами позже они уже сидели на квартире у Габриеля. Карп расположился за обеденным столом, разложив на его поверхности свое хитрое электронное оборудование. Взяв со столешницы мобильный телефон, он набрал номер ресторана. Пока мобильник дозванивался в автоматическом режиме до заведения, Карп настраивал на необходимую частоту приемник. Эта работа увенчалась успехом, и Карп прослушал записанное на пленке объявление, что ресторан «Кебаб фэктори» закрыт и не откроется ранее одиннадцати тридцати следующего дня. Потом Карп еще раз набрал номер ресторана и снова услышал по приемнику то же самое объявление. Теперь можно было не сомневаться, что установленные им «жучок» и усилитель сигнала работают безупречно.

Отложив инструменты, Карп подумал о вкладе в ночную работу, который сделал Габриель. На это у него, по подсчетам американца, ушло не более трех секунд, хотя работу Габриеля он не видел — слишком был занят собственным делом. Зато он все слышал, а именно звуки четырех хлестких ударов. Последний, судя по силе хлопка, был наиболее результативным. Карпу даже показалось, что он расслышал, как затрещали кости, но повернулся, чтобы обозреть поле боя, только после того, как закончил устанавливать подслушивающее оборудование и запер железный ящик. Зрелище было незабываемое: Габриель Аллон, наклонившись к двум распростертым в аллее телам, щупал пульс на шее пострадавших, чтобы убедиться, что никого из них не убил.

На следующее утро Габриель вышел из дома, чтобы купить бумагу. Пройдясь под моросящим дождем по Эдгар-роуд, он остановился у киоска и взял свежий выпуск «Таймс». Сунув газету в карман куртки, он перешел улицу и заглянул в небольшой супермаркет. Там он купил бумагу, клей, ножницы и еще один экземпляр газеты «Таймс».

Когда Габриель вернулся к себе на квартиру, Карп все еще спал. Положив перед собой на стол два листа писчей бумаги, Габриель написал вверху первого листа свой секретный кодовый номер, а потом имя получателя — Ром.

На протяжении пятнадцати минут он строчил отчет, ритмично водя ручкой по бумажному листу правой рукой и подпершись левой. Его сочинение отличалось четкостью и лапидарностью стиля, и было написано так, как этого требовал Шамрон.

Закончив послание, Габриель открыл «Таймс» на восьмой странице и аккуратно вырезал из нее ножницами большое рекламное объявление сети магазинов мужской одежды. Отложив изрезанную газету в сторону, Габриель пододвинул к себе второй экземпляр «Таймс» и тоже раскрыл его на восьмой странице. Положив листок с рапортом на рекламное объявление, он приклеил его к газете, а затем наклеил сверху вырезанное из первого экземпляра «Таймс» точно такое же объявление. Сложив газету, Габриель положил ее в боковой карманчик своей черной дорожной сумки и застегнул «молнию». Надел куртку, повесил сумку на плечо и вышел из квартиры.

Дойдя по улице до Марбл-Арч, он спустился в метро. Купив в автомате билет, он, прежде чем пройти через турникет, сделал по таксофону один короткий звонок. Пятнадцать минут спустя он выходил со станции метро «Ватерлоо».

Бодель — сотрудник Шамрона — дожидался его в кафе в здании терминала «Евростар». Рядом с ним на стуле лежал пластиковый пакет с названием определенного сорта американских сигарет.