— Да, господин примар. — Алекс кивнул.

— Ну тогда можете быть спокойны. А по сути того, что у вас не получилось загнать искру в монету, то насколько я помню, там нужно сразу внедрять как минимум два полюса. На одной точке, мост не построить. Нужна хотя бы пара точек, а лучше три. Только где же взять такие искры. Я даже не представляю кого нужно завалить чтобы хотя бы вторую равноценную точку сделать. Но скорее всего у этого, были какие-то варианты в кармане. Он же очень старый. Ему, наверное, лет двести. Вполне мог собрать за такое время ещё парочку высокоранговых искр.

Дерус давно уехал, по своим делам, а Алекс всё никак не мог избавиться от мысли, которая посетила его во время разговора. Он прикидывал ситуацию и так, и эдак, и не находил изъянов.

Ночью, когда две сверхактивные дамы вновь решили его замучить любовными играми, он приложив чуть больше усилий утомил их так. что дамы вырубились уже через час, и переодевшись, Алекс снова как ни в чём не бывало поехал в Университет. Зайдя в лабораторию, проверил нет ли нестёртых следов пребывания покойного архимагистра, и зарядив дистиллятор очищавший магические потоки свежей порцией сырой смеси энергий, надел личину одного из преподавателей, покинул лабораторию, и поехал в дом, который занимал Тобар Гуруни.

То располагался в не самом лучшем районе, но рядом были вполне пристойные дома чиновников и судейских. Так что вокруг было тихо. Прислуга, вымуштрованная за годы службы у декана, привыкла к частым отлучкам хозяина и ещё не подняла тревогу. Алекс спокойно поднялся на третий этаж, чтобы через открытое окно чердака попасть в дом. Плетение скрыта хоть и жрало энергию в три горла, но работало нормально, и пройдя по второму этажу, Широков нашёл комнаты покойного.

Обстановка была из серии дорого — богато. Везде полированное дерево, позолота, серебро, тяжёлые бархатные драпировки, огромные картины на всю стену, и прочие изыски.

В ситуации, когда любое плетение требовало огромного количества силы, никакие магические ловушки не могли существовать долго, а тратить очищенную силу на то, что будет работать от силы сутки было делом совершенно зряшным. Зато комнаты архимагистра были полны механических секретов, которые к счастью были отлично видны совершенным зрением Алекса. Да и не могли эти устройства нанести серьёзный вред, кроме разве что иглы с мощным токсином, но той игле нужно было ещё пробить кожу херува, что проще сказать, чем сделать. И все они были рассчитаны на то, что взломщик не станет ломать механизм, а попытается его открыть, тогда как для сешесса, было без разницы из чего там сделаны запоры.

Обыск в комнатах покойного дал кучу залоговых документов, которые Алекс даже не трогал, какие-то реагенты и образцы веществ, артефакты непонятного назначения, и десяток книг, спрятанных в тайнике. Но искр не было, и скрепя сердце, Широков начал по второму кругу проходить комнаты в поисках.

От тоски даже вскрыл в паре мест пол, но ничего кроме заготовок для энергомонет не нашёл, хотя найденное тоже прибрал. Отследить заготовки низкого уровня было невозможно, поэтому Алекс определил их в добычу.

Нужное нашлось уже на третьем круге поисков, когда Алекс начал терять терпение. В тяжёлых вычурных спинках кресел, нашлись несколько тайников, где и лежали контейнеры с искрами. Одна с алой искрой размером с голубиное яйцо, вторая с жёлтой, диаметром в три сантиметра, третья, с крупной, ярко светящейся горошиной фиолетового цвета и четвёртая с перламутровым шариком, в котором плавала ярко-белая точка. Свечение искр завораживало так, что невозможно было отвести взгляд, и Алекс с трудом заставил себя закрыть их обратно в коробки и собрав всё честно смародёренное в большой мешок, вышел из дома буквально за час до рассвета, едва успев метнуться в Университет организуя алиби и вернуться к себе в комнаты, чтобы к завтраку уже познакомить примара со случайно образовавшимся хабаром.