Кроме этого, у Алекса были свои пожелания, и уже куда боле серьёзные. Например, десяток монет десятого — одиннадцатого уровня для того, чтобы попытаться продвинуть сешесс на восьмой уровень слияния, где его меч станет безусловно смертельным для всех старых рас, и весьма опасным даже для творцов. Ну и себя не забыть, для чего требовалось ещё как минимум пара монет двенадцатого уровня или выше.

Стоили такие изделия невозможно дорого, даже для Старших рас, и не сказать, чтобы продавались на каждом углу. Всё что выше десятого уровня продавалось только на аукционе, монеты выше пятнадцатого, расходились по высшим аристократам Старых рас. И не только потому, что каждая такая монета была произведением искусства, причём не только артефакторики. Это ещё и власть, которую старались распределить равномерно, среди всех, чтобы не создавать ненужных никому перекосов.

У Алекса на счету было примерно двадцать милионов алс, что по местным меркам было очень приличной суммой, даже для богатого промышленника, но с учётом стоимости даже низкоранговых монет, совершенно не впечатляло. Монета нулевого уровня, то есть на две энергии и не заряженная, стоила сто алс. Такая же, но уже заряженная минимальным количеством энергии — являлась монетой первого уровня и уже стоила пятьсот алс. Ну и далее в космос, потому как нужные Алексу монеты в сумме тянули на несколько десятков триллионов, что равнялось годовому доходу всего мира Танехор. И двадцать миллионов проблемы никак не решали, хотя, отчасти грели душу. Монета отлитая покойным деканом тянула не менее чем на десять миллионов, но её Алекс решил не продавать. А вдруг удастся разжиться ещё парой высокоранговых искр, и сделать что-то интересное.

Совсем другие и весьма печальные мысли одолевали депутата городского Совета Турса Умдора. Всё что так лелеялось и строилось последний десяток лет, рассыпалось в пыль. Вместо изящной и безотказной операции по присвоению месторождения селлара — короткий суд, со вполне предсказуемым отрицательным вердиктом. А значит надежды на сияющие перспективы, можно тихо закопать, и не вспоминать. Причём из-за того, что он ввязался в ситуацию на стороне противников республики, ему здесь не жить. Государство имеет все возможности дожать неугодного человека на своей территории. Но пытливый ум адвоката всё равно искал варианты. Умдор сделался тих и задумчив, часто отвлекался от разговоров, и всё потому, что его разум был занят решением сложнейшей задачи. Как под неудачу подставить кого-то другого.

И через неделю кропотливого перебора вариантов, решение нашлось. Но примар не торопился его реализовывать, тщательно обдумывая, и готовя обоснования.

Когда он почувствовал, что все элементы сложились как нужно, провёл короткие переговоры со всеми заинтересованными сторонами, вернувшись домой открыл устройство связи с единственным абонентом, и дождался, когда на экране появиться лицо алхениса.

— Приветствую вас светлейший господин. — Умдор низко поклонился.

— У тебя, как я знаю, плохие новости… — Начал без предисловий Араллиор.

— Да, светлейший господин. — Примар снова поклонился. — Задачка оказалась не по моему уровню. Сверха нулевого ранга никто не мог ожидать.

— Это не сверх, червь. — Алхенис чуть прикрыл глаза, что в их традиции означало презрительную гримасу. — Это иерарх уровня херув. Редкая птица в нашей части вселенной. Я дорого бы дал, чтобы узнать, как он смог сюда попасть, но это уже не имеет значения. Рядом с твоим домом есть большой лес?

— Найду светлейший господин.

— Отвези ангис в лес, и неглубоко закопай. Но так чтобы тебя не видели. Уж это ты сможешь сделать?

— Незамедлительно, светлейший господин. — Умдор вновь склонил голову.

Естественно за Умдором присматривали, но в ситуации, когда в дело вступили Старшие расы, игры кончались быстро и бесповоротно.