Да, может наивно.

Да, можно говорить что угодно, но…

Арди ничего не сказал. И ничего не сделал. Он просто стоял и молча, пятнадцать минут, смотрел на сферу перед собой. Ардан так и не стал ломать печать, хоть и мог сделать это мгновенно — расчеты здесь совсем простые, можно даже в уме провести, не прибегая к карандашу и бумаге.

Просто тогда, в баре, после Бальеро, Ардан не лукавил Аркару. Для него деньги, даже спустя год в Метрополии, даже после Петра Огланова, после Индгара, после Лорловой, после Налимова, после всего того, что произошло за этот год — они все еще пахли.

Все еще пахли…

Все пятеро, под аплодисменты Конвела и аудитории, справились с задачей. Всем пятерым Аверский выдал чеки на озвученную ранее сумму. Затем сказал несколько прощальных слов и, не обращая внимания на Конвела, покинул аудиторию.

Профессор и Елена смотрели на Арди с удивлением и непониманием, Эвелесс с Иолаем — с нескрываемым удовлетворением и превосходством, а Ардан… он лишь вздохнул и дотронулся до кармана брюк. Там уже раскалялся медальон Милара.

* * *

— Надеюсь, напарник, ты подготовился к рандеву с призраками, — Пнев, как и всегда, курил около своего чахлого автомобиля.

— Призраков не бывает, Милар, — в который раз напомнил Арди. — С чем бы мы там вечером не столкнулись — это не призраки.

— Ну, тебе виднее, господин маг. Тебе, вот, Аверский через своего шофера записку передал, — Милар полез внутрь пальто и достал бумагу. — Чего он, кстати, забыл в Большом сегодня?

— Долгая история, — скривился Арди, забирая записку. — Почему он не с нами сегодня?

— Потому что из нас троих у него куда больше шансов найти что-то, что наши умники могли пропустить касательно изъятых у Лорловой артефактов, — парировал Милар. — Может прольем немного света на детали плана Пауков. Время-то категорически поджимает.

— Ну да… а призраки?

— Так ты же сказал, что их не существует.

Ардан скривился еще сильнее, а затем развернул записку, где, наверняка, Аверский оповещал его о том, что…

' Ард, раз уж вы присоединитесь ко мне в работе, то вам придется подстроится под мое расписание. Работа начинается в три часа, в четвертый день. Так что сможем совмещать с вашем обучением.

P . S . Искренне прошу прощения, что сомневался в вас. Полагаю, это вызвано наличием маски Коршуна и связанной с ней профессиональной деформацией.'

— Напарник? — позвал его Пнев. — Мы едем или как?

— Милар.

— Что?

— Ты хорошо знаешь Аверского?

— Неплохо, но хотел бы хуже. В идеале — вообще бы его не знал.

— Он злопамятный человек?

— Кто? Аверский? Он, конечно, мудак редкостный, но не злопамятный, — Милар засмеялся, а затем закашлялся — подавился сигаретным дымом. — Ему просто на всех плевать. На всех, кроме Империи. Эдвард скорее уже через пару минут забудет о существовании кого-то себе неприятного, чем станет строить козни. А почему спрашиваешь?

Ардан повернулся к Большому и постучал запиской по ладони.

— Да так… сегодня была показательная лекция… Индивидуальная, правда.

— Чего?

— Мне просто давно уже было интересно приступить к изучению темы векторов — без них невозможно создавать собственные, высоко нагруженные конструкции.

— Я сейчас вообще ни единого твоего слова не понял.

Ардан, пожав плечами, открыл дверь и забрался в салон. Пнев, затушив сигарету о подошву, пробормотал что-то о безумных магах и уселся за руль.

Глава 95

Старенький « Дерк с» Милара ревел и рычал, рассекая улицы и проспекты Нового Города.