Кара вновь впилась глазами в фотографию девушки. Ей показалось, что лицо блондинки ей знакомо, и чем дольше она рассматривала снимок, тем больше убеждалась, что и в самом деле когда-то видела ее. Да-да, она с ней встречалась, и даже дважды! У себя в офисе и на тусовке художников в доме, расположенном на левом берегу Сены. В тот вечер их даже представили друг другу, но из-за жуткого шума в квартире имя и фамилию ее Кара не расслышала:

Девушка вернула фотографию Хафизу.

— Да, я встречалась с этой женщиной, — уверенно подтвердила она. — Дважды. Во всяком случае, мне так кажется. Скажите, а почему за информацию о ней вы платите такие огромные деньги?

— Плачу не я, мисс О'Хара, — спокойно ответил мужчина. — Мне нужны лишь сведения, которыми вы располагаете: адрес, имя и фамилия, которые вы тогда напечатали на конверте.

— О, мистер Хафиз, ну подумайте сами! — удивленно воскликнула Кара. — Разве можно запомнить имя, фамилию и адрес, которые печатала три года назад? Я работаю пять дней в неделю, в сутки мне приходится отправлять более двух десятков писем. Не могу же я годами держать в голове все фамилии и адреса!

— Это плохо.

— Сожалею, но это так.

— Значит, вы мне ничего не сообщите?

— Нет.

Хассан Хафиз поднялся со стула и, тщательно подбирая слова, произнес:

— Прежде чем вы примете окончательное решение, я хочу быть с вами предельно откровенным, мисс О'Хара. Вы должны понять, что это дело особой важности. От него зависят судьбы многих людей. И хороших людей. Порфиро отзывался о вас как о в высшей степени деловой женщине, и я вижу, что в оценке ваших качеств Родригес не ошибался. — Он пожал плечами. — Тем не менее с моими ограниченными возможностями я не могу предложить вам за интересующую нас информацию более сорока тысяч долларов. Именно эту сумму назвал вам мистер Родригес, — произнес мужчина и развел руками. — Полагаю, эта информация пойдет тем, кто предложит вам большее вознаграждение, и я буду вынужден подойти к решению этого вопроса с другого конца.

Кара резко поднялась и впилась в него взглядом.

— Да вы меня почти что оскорбили! — возмутилась девушка.

— По моему мнению, вы этого заслужили.

— Неужели я вам плохо объяснила? Поймите, я не могу дать вам того, чего у меня нет. Насколько я помню, мисс Бревар, если только мы говорим с вами об одной и той же женщине, знала всего несколько английских слов и, когда пришла ко мне в офис, была жутко пьяна. Если мне не изменяет память, она, когда диктовала текст письма, постоянно всхлипывала. Мне стало настолько жаль ее, что я взяла с нее половину стоимости своей работы.

— Да, но копия ее письма у вас наверняка осталась. Разве не так?

— Я вообще редко пользуюсь копиркой. Только по просьбе клиента, если ему необходимы копии документов.

Хассан Хафиз явно не хотел признавать своего поражения.

— Мне все понятно, мисс О'Хара, — в задумчивости растягивая слова, произнес он. — Мне всегда казалось, что я отличный торговец, но вы оказались еще лучше. Могу я попросить вас об одном одолжении?

— О каком?

— Чтобы вы подержали у себя те десять тысяч, которые мы вам уже дали, пару-тройку дней. А тем временем я попытаюсь узнать, сможем ли мы предложить вам сумму большую, чем та, которую готовы выложить перед вами ЦРУ, или мой любимый братец, или “Консолидейтед ойл”.

Возмущенный Мэллоу вскочил со стула и крепко схватил Кару за локоть.

— Пошли! Пошли отсюда. Кара! — раздраженно произнес пилот. — Я не могу терпеть, когда тебя так оскорбляют.