|
Он говорил о серьезных деньгах. Если они сделают это для него, то он окажется их заложником до конца своих дней. Он уже больше не будет принадлежать себе. Ключ к его душе будет лежать в чужом сейфе. Но в целом схема показалась ему аккуратной. Дело будет сделано толково. Агентство Кристы Кенвуд будет раздавлено, уничтожено. Криста получит срок. Большой-пребольшой. И лесбиянки от культуризма доберутся до нее уж наверняка. Он улыбнулся. Криста никогда не играла в его игры. Но если все сложится так, как задумано, ей придется против своей воли поиграть в них с десяток лет. Да, это будет получше, чем просто смерть, либо лицо, разбитое так, что никакие хирурги, никакие пластические операции не смогут его исправить. Обвинение в провозе наркотиков должно сломить гордость Кристы. Оно ударит ее в ту область, которая обычно недоступна ни для кого. Произойдет изнасилование ее души.
— Пожалуй, мы сможем наскрести немного наркотиков, — сказал босс с коротким смешком. — Разумеется, тебе придется за них заплатить, Джонни. Убедительная порция обойдется тебе в миллион. И если все сложится так, как нам хочется, ты станешь нашим должником.
Джонни тяжело вздохнул. Об этом можно было не говорить, но сейчас слова прозвучали, и при свидетелях. В один прекрасный день раздастся звонок от крестного отца. Как в кино. Возможно, они и копировали кино.
— Я знаю. Буду вашим должником до гроба. Вы спасаете мой бизнес. Я знаю, как все это делается.
Если бы Джонни расписался кровью на клочке пергамента, сделанного из его собственной кожи, сделка не могла бы стать более обязательной.
Все поднялись. Никто не отпускал замечаний насчет погоды.
— Я обмозгую это дело в деталях, Джонни. Прокручу разные варианты. Потом снова приеду к тебе. Завтра. Устрой, чтобы твоя модель поехала в Мексику. Да, сделай это прямо сейчас. Детали мы обсудим потом.
Он нагнулся через стол и протянул Джонни руку. Хватка оказалась крепкой, слишком крепкой. Рукопожатие это означало что-то окончательное. Его глаза впились в глаза Джонни, пока их руки находились в контакте, и, как это и было задумано, у Джонни пробежал мороз по коже.
— Мы будем поддерживать контакт. — Остальные кивком выразили свое согласие. Никогда еще слово «контакт» не звучало так зловеще.
Едва за ними закрылась дверь, как Джонни задрожал. Это могла быть и дрожь возбуждения. Он хотя и совершил сделку с дьяволом, однако впереди замаячили весьма неплохие перспективы. Он протянул руку к «Филофаксу» и снял трубку. Затем набрал номер телефона в Мексико-Сити. Коммутатором он решил не пользоваться.
— «Буэна Виста», — ответил голос секретарши.
— Джон Россетти хотел бы поговорить с Хорхе Хименесом.
Через пару секунд его соединили.
— Хорхе? Привет. Джонни. Да, хорошо. Хорошо. Послушай, Хорхе, я хочу, чтобы ты сделал для меня кое-что, ладно? Не могу подробно говорить об этом по телефону. Да, это верно. Да. Ха. Ха. Мне нужно, чтобы ты отправил заказ на модель по имени Мона в Мексико-Сити на неделю. Устрой для нее несколько проб. Мне наплевать, получит она работу или нет. Я просто хочу, чтобы ты вызвал ее на неделю-другую, начиная с шестнадцатого. Прими ее как надо, ублажай, пусть чувствует себя счастливой. Не задавай никаких вопросов. Ты понял? Она работает в агентстве Кристы Кенвуд в Саут-Бич, Майами. Номер найдешь в справочнике. Скажи им, что это для журнала мод. Наплети что угодно, но завербуй ее и заплати столько, сколько они скажут. Счет за все пришлешь мне. Я оплачу. И слушай, Хорхе, ты делаешь это для меня, и я пришлю тебе очередную девочку из «Эль» в качестве угощения. Ты понял? Получишь бесплатно превосходный экземпляр. Это тебя порадует, о'кей? Позвони мне, когда все устроишь. Ты отличный парень, Хорхе. Ты мой парень номер один. В следующий раз, когда ты сюда приедешь, я тебя трахну. |