Лютиен продолжал внимательно разглядывать колдуна, подозревая, что тот говорит неправду, или не всю правду. Однако он не смог придумать, о чем еще можно спросить, чтобы прояснить положение, а Оливер просто откинулся на спинку стула и поглаживал живот. Сегодня они немало часов провели в седле, сражались с циклопами, а затем плотно пообедали.

— Теперь я предложу вам теплые и удобные постели, — пообещал Бринд Амор, заметив их состояние. — Отдыхайте спокойно. Наше дело может подождать до утра.

Товарищи с готовностью согласились. Навестив Тредбара и Ривердансера, помещенных в пустой комнате возле библиотеки, усталые путники скоро удобно устроились на пуховых перинах, и Бринд Амор оставил их одних.

— Четыреста лет назад? — переспросил друга Оливер.

— Я ничего не понимаю в делах волшебников, — ответил Лютиен.

— Но неужели тебе не хочется побольше узнать хотя бы об этом магическом трансе?

— Нет.

Это был простой и честный ответ. Лютиен вырос среди практичных и серьезных рыбаков и фермеров. Единственными обитателями Бедвидрина, хоть как-то связанными с магией, были знахарки да еще предсказатели погоды в порту. Даже среди этих весьма полезных людей Лютиен чувствовал себя неловко, а с существами, подобными Бринд Амору, ему вообще не приходилось сталкиваться.

— И я не понимаю, почему пещера, в которой не содержалось ничего, кроме циклопов…

Лютиен прервал Оливера взмахом руки.

— И кто украл магический жезл? — быстро произнес Оливер, прежде чем Лютиен успел вновь отмахнуться от его слов.

— Давай просто разберемся с его заданием и займемся своими делами, — начал Лютиен и замолк, ошеломленный собственными словами.

— Нашими… чем? — переспросил Оливер, изумившись.

Юноша погрузился в невеселые размышления.

Чем они с Оливером Берроузом, называющим себя Оливер де Берроуз, займутся потом? Поисками приключений? Выйдут на дорогу, чтобы продолжать грабить, или, возможно, еще хуже?

Юный Бедвир не знал ответа. Он не до конца понимал, что происходит с ним сейчас, и не умел предвидеть будущее. С того момента, как в Дун Варне появился со своей свитой виконт Обри, мир Лютиена перевернулся с ног на голову. Он покинул Дун Варну в поисках брата, но только сейчас начал понимать, насколько велик на самом деле мир. За последнюю пару дней Оливер объяснил ему, что корабли отправляются с Эйвонских островов в Гасконь из дюжины разных портов, от Карлайла на реке Страттон до Монфора. «А Гасконь еще больше, чем Эйвон, — уверял Оливер своего неопытного товарища. — В ней сотни городов, больших, чем Дун Варна, и десятки — превосходящих даже Карлайл». К тому же Дари — земля, в войне с которой предположительно собирался сражаться Этан, — находилась в тысяче миль к югу от северного побережья Гаскони.

Тысяча миль!

Как мог Лютиен надеяться перехватить Этана, когда он не знал, какую дорогу выберет его брат.

Юноша так и не ответил на вопросы Оливера, и хафлинг безмятежно засопел, словно не особенно беспокоился об ответах.

10. ЛОЖЬ ВО СПАСЕНИЕ?

Выйдя из магического туннеля Бринд Амора, Лютиен и Оливер оказались в огромной пещере. Здесь было на удивление жарко. Факел Лютиена освещал лишь одну стену, ту, через которую они вошли, и едва можно было разглядеть хрустальные отблески остроконечных, длинных сталактитов, угрожающе нависавших высоко над их головами.

Позади блеснула какая-то вспышка.