– Я всегда готов.

– Вот и молодец. – Рори перешел на английский. – Макс, старина, вот он, этот человек.

Тоби обернулся и поклонился джентльмену.

Мастер Максим Стрингер оказался высоким, ростом почти с Тоби, но исключительно худым. Он носил обтягивающие штаны, бриджи и отороченную мехом куртку поверх рубашки с жабо. Волосы были старательно уложены в тщетной попытке прикрыть небольшую лысину, а косичка перевязана серебряной нитью. Лицо его отличалось исключительно длинной верхней губой, но значительно менее выделяющимся подбородком. Он осмотрел Тоби с ног до головы, и на лице его выразилось презрение.

– Слишком молод, что скажете? Вы ведь знаете, если начать гонять жеребенка до срока, его легко сломать.

– Этого не сломаешь, – безмятежно возразил Рори. – Назовите ставки.

Человек, стоявший за спиной Стрингера, засмеялся, продемонстрировав рот, почти лишенный зубов. Он был массивен и лыс, не моложе сорока лет – не низкорослый, если мерить его общими мерками, но ниже Тоби. Зато весил он примерно столько же, ибо жир выпирал из-под пояса. Нос его был сломан, а одно ухо в несколько раз больше другого. Лицо казалось одним сплошным шрамом. Должно быть, это и был Рэндалл.

Значит, на стороне Тоби выносливость и рост. Ему нужно удержать соперника на расстоянии и взять его измором. Он попробовал разглядеть, в каком виде у соперника руки, но Рэндалл их успешно прятал.

На Рэндалле была рубаха без рукавов и короткие штаны, ноги – босы. На руке повыше локтя красовался вытатуированный якорь – впрочем, там хватило бы места всему морскому флоту, а косица его была просмолена. Значит, он моряк – это, пожалуй, не противоречило рассказу Рори.

Мастер Стрингер сунул руку в карман и достал оттуда стекляшку на шнурке. Перекосив лицо, он вставил ее в правый глаз и обошел Тоби со всех сторон, словно тот какая-нибудь кляча на рынке. Рори забрал у Тоби пластрон и рапиру, чтобы англичанин мог лучше рассмотреть его.

Оружейная тем временем наполнялась народом. Должно быть, слух о предстоящем бое уже просочился, ибо вдоль дальней стены выстроилась и росла на глазах цепочка людей. Среди них был и Хэмиш, похожий если не на привидение, то на того, кто им скоро станет.

– Гм… Многообещающе! – согласился Стрингер. – Руки производят впечатление. Но слишком уж молод – хрящи еще не отвердели. Что скажешь, Рэндалл?

– Я сломаю его, как былинку, сэр.

– Не сомневаюсь. Но если вы это всерьез, Рори… скажем, четыре сотни фунтов?

– Пусть уж будет пять, – невозмутимо кивнул Рори. – Хорошее, круглое число.

Тоби поперхнулся при мысли о том, какие деньги зависят от его умения молотить кулаками – и выдерживать боль, конечно. Последнее труднее. Разумеется, они установят и награду для самих бойцов, но на самом-то деле он будет драться за свою жизнь, так что ему грех просить еще и денег.

– Значит, пять! – уступил Стрингер. – И я поставлю еще сотню на то, что мальчишка не выстоит до десятого раунда.

– А если выстоит – еще две сотни до двенадцатого?

– Если вам угодно.

– Три сотни – до тринадцатого, и так далее?

Подобное предложение удивило даже Стрингера. Он покосился на Рэндалла.

– Принимайте, сэр, – прорычал тот. – Все равно я уложу этого сосунка за три раунда.

Тоби все пробовал сосчитать в уме. Иногда бой длится семьдесят раундов, а то и больше, хотя сам он ни разу не дрался больше девяти – четыре года назад, когда его отправил в нокаут Росс Маклалан.