Вдруг – у человека зазвонил телефон в кармане, почти неслышно. Но он не полез рукой в карман, как это делают нормальные люди, у которых зазвонил сотовый телефон. Вместо этого – он поднял глаза к потолку и выкрикнул громко и страшно

– Аллах Акбар!!!

Человек открыл глаза. Теплоход уже давно отвалил от причала, развернулся и сейчас вышел почти на середину пруда.

– Да.

– Он не сделает. Он слабый.

– Да… – согласился отец. Не сделает.

Он достал сотовый телефон. Прощелкал номер и нажал на вызов. Вдалеке – негромко, отрывисто громыхнуло.

– Аллах Акбар!

– Аллах Акбар! – повторил сын, который не видел отца больше десяти лет.

Взрыв не вызвал большого пожара, просто на нижней палубе вылетели разом все стекла. Потом – теплоход остановился прямо посреди пруда, и это привлекло внимание рыбаков, зевак на набережной и отдыхающих на пляже – чтобы теплоход останавливался посреди пруда – такого еще не было. Потом – наиболее востроглазые заметили дымок, выбитые стекла и закричали – пожар! Активизировались спасатели, находящиеся ниже завода Купол, к остановившемуся теплоходу рванули сразу несколько скоростных лодок. А когда – на набережную стали с воем выезжать машины скорой помощи, а теплоход – медленно пошел к мало использующейся запасной пристани посредине набережной – вот тут-то все поняли, насколько это серьезно…

Удмуртия, Россия. Ижевск, ул. Пушкинская. Тир спортобщества «Динамо». Вечер 25 июля 2015 года

Примерно в три часа дня по местному времени – а оно совпадало теперь с московским – в ижевском аэропорту, почти заброшенном и принимающем хорошо, если пару рейсов в день – приземлился Як-42, относящейся к государственной авиакомпании Россия. Этим рейсом – в город прибыла группа опытных сотрудников Центрального аппарата ФСБ, специалистов по борьбе с терроризмом. Когда несколько машин – мчались по направлению к городу, начальник УФСБ по Удмуртской Республике, генерал Василий Вдовин орал на подчиненных. Он занимал этот пост уже два месяца, но при этом совершенно не владел оперативной обстановкой в республике, знания и опыт заменяя угрозами и матом. Генерал Вдовин был жертвой последних мер по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти: теперь, чтобы не обрастать коррупционными связями, чиновник не мог занимать один и тот же пост более пяти лет, а сотрудник правоохранительных органов – более трех, причем для офицеров высокого ранга предпочтительным было перемещение в другой, незнакомый регион. В результате – не стало людей, работающих на своем месте всю жизнь и знающих работу во всех ее тонкостях и аспектах, органы наполнились теми, кого во времена оные клеймили на партийных собраниях и называли «летунами». Нахождение на должности начальника ГУВД, министра внутренних дел региона, начальника УФСБ человека, который не знает, как улицы в городе называются (потому что на машине с работы – на работу возят) – стало нормой. Причем, что самое удивительное – коррупция не уменьшилась, брать стали еще лише, спеша урвать, пока есть возможность, а обещания часто не выполняли, особенно перед переводом. Вот так и жили…

По покрошившимся ступенькам стадиона он буквально взлетел, пробежал к старым, еще с советских времен оставшимся дверям, пробежал коридорами. Толкнул массивную дверь – за ней был само стрельбище, оно почти пустовало – но двое на огневом рубеже все же были. Один – как раз тот, кто нужен. На столе – лежало оружие. Много.

Опер резко схватил одного из стрелков за рукав, дернул на себя. Тот обернулся.

– Ты что, охренел в атаке?

Опер задохнулся от возмущения

– Это я тебя должен спросить, ты совсем охренел, или как.